Читаем Вурдалак полностью

Рыскающие повсюду карательные отряды польских жолниров оставляли после себя пепелища на месте городов и сел, жители которых становились на сторону восставших, разоряли православные церкви или превращали их в костелы. Захваченных пленных предавали нечеловеческим пыткам, сажали на кол или живьем сжигали, вешали. Но и восставшие казаки и селяне не жаловали пленных, расправлялись с ними не менее жестоко. Города и села, оказавшие помощь той или иной стороне конфликта, беспощадно подвергались наказанию и разграблению противоборствующей стороной. И не важно было, какой ты веры и крови, главное – „свой“ ты или „чужой“. Крымские татары за военную помощь казакам грабили захваченные города и села, брали в плен всех подряд, не особо обращая внимания, поляки-католики это или православные украинцы. Они тысячами отправляли пленников на невольничьи рынки Крыма. За время многодневного перехода половина пленников погибала.

И вот уже под стенами Нежина оказалось многотысячное казацко-селянское войско и взяло город-крепость в осаду. Воины польского гарнизона знали, какая горькая участь их ждет, но капитулировать отказались, хотя на помощь польских войск рассчитывать не могли.

– Базыль! – послышался встревоженный голос из-за спины.

Мальчик резко обернулся и увидел подходящего к нему отца и Яноша, сына вахмистра. Отец был в шлеме и нагрудной кирасе, выглядел очень усталым. Он командовал отрядом жолниров, защищающих этот участок крепости, но во время штурма ему пришлось с большей частью солдат срочно переместиться на другой участок, где сложилась опасная ситуация.

– Тебе пора уходить! С тобой пойдет Янош, слушайся его, он старше и позаботится о тебе.

Янош, непривычно серьезный, стоял рядом и теребил кинжал, висевший на поясе. Он был старше Базыля на четыре года, в обычное время это был парень веселый, легкого нрава.

– Отец, ваша милость, позвольте остаться с вами, с мамой и сестренкой! Куда я без вас?! – Базыль не хотел расставаться с отцом, которого считал самым мудрым и сильным на свете. И теперь он должен покинуть его и родных и отправиться неизвестно куда?

Отец обнял его и прошептал на ухо:

– Все, кто останутся здесь, обречены на смерть или неволю! Так было в других городах, взятых приступом казаками и чернью, а надеяться на скорую помощь коронного войска не приходится после поражения под Корсунем и Желтыми Водами. Беги, Базыль, и Господь Всемогущий не позволит тебе пропасть! Благословляю тебя! – Отец вручил ему тяжелый мешочек с серебряными монетами и письмо. – Денег тебе на первое время хватит. Я написал ясновельможному князю Иеремии Вишневецкому, попросил позаботиться о тебе. – Он тяжко вздохнул. – К великому сожалению, славный король Владислав недавно почил в Бозе, а гетман Потоцкий находится в неволе у татар.

– А как же вы, мама, Ядвига?

– Наши жизни и судьба в руках Господа нашего и Пресвятой Девы Марии! – Отец снова обнял его и поцеловал. – Не теряйте времени, бегите! Базыль, береги себя, ведь ты единственный продолжатель нашего рода!

Отец повернулся к Яношу и спросил, пытливо глядя ему в глаза:

– Я надеюсь, что ты будешь заботиться о Базыле, как о своем младшем брате.

Янош склонил голову:

– Ваша милость, не сомневайтесь в этом!

Мужчина привлек и обнял обоих ребят:

– Держитесь вместе, стойте друг за друга, и это вам поможет и в пути, и в жизни!

Издалека донеслись резкие звуки труб и грозная дробь ударов в литавры – казаки вновь пошли на штурм!

– Не медлите! Уходите! – Отец на прощанье еще раз обнял Базыля и перекрестил его.

Они все вместе быстро спустились вниз. Здесь их пути разошлись. Базыль увидел, как за его отцом и жолнирами тяжелые, мощные ворота детинца начали медленно закрываться.

Улицы города стали неузнаваемыми, безлюдными, непривычно тихими. Люди затаились за закрытыми ставнями, словно они могли уберечь от надвигающейся беды. Вдруг недалеко раздались дикие женские крики, мольбы о помощи. И тут же в другом месте послышались такие же жуткие крики. Базыль вздрогнул и схватил за рукав Яноша, идущего впереди.

– Чернь начала грабить! Так всегда бывает при взятии города – сегодня их праздник! – пояснил, не оборачиваясь, Янош и на ходу обнажил лезвие кинжала; в другой руке он сжимал пернач[17], который прихватил не зря, – вскоре оружие им пригодилось.

Они шли быстрым шагом, стремясь оказаться как можно скорее в южной части города. Из окон одного из домов грабители выбрасывали тюки с добром. Пьяный грабитель, находившийся на улице, судя по одежде, простолюдин, увидев идущих подростков, хотел преградить им путь, но обнаженный кинжал и пернач в руках решительно настроенного, крепко сложенного Яноша заставили его отступить в сторону. Проводив их ненавидящим взглядом, он чиркнул ребром руки по шее – мол, вам все равно не жить!