— Он — Правитель своего народа. И если бы он поступил иначе — я перестала бы его уважать.

Я старалась произнести это спокойно, но… о, стихии, насколько тяжело мне это далось. Мне, желающей любить и быть любимой, и не задумываться о том, что за все надо платить. Мне, мечтающей смотреть в глаза возлюбленному и видеть в них отражение себя. Мне… которая ощущая тепло одного, жаждала огня другого.

И это было… неправильно. Но — было.

— Я же говорил, что не жду милости от обстоятельств, — его бровь чуть приподнялась, делая акцент на отголосках иронии, что прозвучала в его словах.

— Но это не мешает тебе совершить ошибку, которую тебе не удастся исправить, — точно с такими же интонациями ответила я ему.

Это было сложно объяснить, но спокойствие нашло дорожку и ко мне. Мое сердце, вопреки напряженности нашего разговора забилось ровно, отдаваясь четким ритмом уверенности, которая существовала вне любой возможной логики. Убеждая меня в том, что и эта его искренность, лишь часть все той же, затеянной им игры.

И пусть я не могла постичь ее смысл, но я могла предостеречь, указав те границы, за которые я ему не советовала бы переступать.

— И ты мне ее назовешь? — его взгляд стал острым и пронзительным, а окружавшие его щиты, которые он поднял сразу, как только мои силы начали напоминать бушующие волны укрепились настолько, что я едва ощущала его присутствие в этой комнате.

— В обмен на разрешение пользоваться библиотекой.

Он… застыл. Потом его бровь уже второй раз за столь короткое время серебряным крылом взлетела вверх, выражая то ли вопрос, то ли удивление. Губы тронула улыбка, которая с каждым мгновением становилась все ярче и выразительнее, давая понять, насколько сильны чувства, испытываемые им сейчас.

Я же продолжала без всяких эмоций смотреть на эти метаморфозы, нисколько не смущаясь тем, что только что, сама призналась в том, что найденная нами в лаборатории тетрадь находится у меня.

Но разве это имело значение, если… это тоже было игрой, в которую я приглашала его сыграть.

— У тебя будет свободный доступ к лучшей на Дариане библиотеке.

— Твоей? — Я дождалась его кивка, подтверждающего то, что было ясно и без слов и, с той же отстраненностью, которая позволяла мне не сорваться до того, как это будет действительно необходимо, произнесла то, что и явилось условием нашей сделки. — Ты намерен предоставить выбор не тому, — и видя, что он не осознает смысла моих слов, добавила: — выбор между Олейором и тобой должна сделать я. И пока он не в твою пользу.

Глава 14

Олейор Д'Тар

Гадриэль продолжал все так же молчать, не сводя с меня своего взгляда. И вот он-то… был красноречивее множества слов, смешивая в себе безграничность удивления и обвинение в безрассудстве.

И он был прав… особенно во втором. Но если в отношении Сашки такие выводы приводили к вполне определенным действиям, то я… вполне мог себе позволить быть таким.

Этот мир существовал до меня и мог вполне существовать после. Если что… я, конечно, не думал, что все зайдет так далеко, но готов был предусмотреть и такой вариант. Так что в случае чего, отец вполне мог вновь взять ответственность за темных эльфов на себя, прихватив под свою опеку и моих детей. Да и не он один. И это давало мне все основания не беспокоиться хотя бы за Вэона и Амалию.

— Ты уверен в своих выводах? — Как ни странно, голос моего друга был довольно спокойным.

— Ты считаешь, что в этом можно быть уверенным? — Ответил я ему вопросом на вопрос.

Но не из желания позлить, а лишь ради того, чтобы заострить его внимание на том, что он и так знал: полная непредсказуемость Вилдора делала таковым и мой план.

— И, тем не менее, ты готов рискнуть своей жизнью.

Как я и обещал Лайсе, новоиспеченный муж эту ночь провел с ней. Но на рассвете уже входил в мою гостиную, нисколько не сомневаясь в том, что меня он не разбудит. Хотя, несмотря на все последние события, отдохнуть мне удалось.

— Мне кажется, что риска в моем плане не больше, чем в вашем походе на Дариану. Ялтар любит игру, и чтобы доиграть партию до конца не допустит моей безвременной кончины.

— Это в том случае, если ты прав. — С тем же спокойствием парировал он мне.

— В том случае, если я прав. — Подтвердил я ему, поднимая бокал и приглашая его присоединиться ко мне.

— Арх'Онта в известность ты ставить, конечно, не собираешься?

— Конечно собираюсь. — Я едва не закатил глаза, пытаясь показать ему, что юношескими глупостями не страдаю. Причем, довольно давно. — И я даже готов отказаться от своего плана, если он его не одобрит.

— И когда ты собираешься с ним встретиться? — Взгляд моего друга выдавал все его чувства.

Несмотря на то, что он считал мой замысел авантюрой чистой воды, он видел те преимущества, которые за ним стояли. У Вилдора был козырь в виде моей жены и я собирался этого козыря его лишить. Или… как получится.

Вот только… мне оставалось только молить стихии, что я был прав и он не кинется тут же оповещать ее об этом. Потому что в этом случае… думать об этом не стоило.