Читаем Второй вариант полностью

На гравийке разведчики встретили группу Спасских. Цыцеров послал ее на подмогу, но Шарапов узнал об этом позже всех, на рассвете. Как отошли от хутора, Шиканов подхватил его под руку и "повел". Спать на ходу разведчики научились во время длинных зимних переходов, знали, кого при этом "уводи?" направо, кого налево, кто натыкается на передних. Таким давали "поводырей" или подбирали особые места. Разведчики не остановились при встрече. Примкнув друг к другу пошли дальше, чтобы не разбудить своего лейтенанта! Приметы - наука спорная. А разведчики оказались правы: смерть не догнала Полуэкта Шарапова. Через два дня во время очередной разведки он был тяжело ранен и после войны в госпиталях лежал долго, несколько операций перенес - вернулся домой.

"Мы так хотели победить!.."

Это не просто была жажда победы. Это было естественное, неодолимое желание освободить землю от скверны фашизма. От той темной слепой силы, которая попирает идеалы, уничтожает мировые ценности, калечит тела и души, убивает самое жизнь. Именно поэтому с такой силой проявился в советских людях дух патриотизма, готовность отдать все силы, знания, возможности, скромные сбережения - туда, где идет правый, священный бой, "не ради славы, ради жизни на земле".

Волей к победе прежде всего пронизана и эта книга.

В одной из наших бесед с автором, Павлом Ефимовичем Кодочиговым, он так и сказал со свойственной ему скромностью, даже какой-то аскетичностью:

- Воевал как все... Ничего такого выдающегося не совершил. Жаль вот, по ранению выбыл из строя раньше, чем пришла Победа. Мы так хотели победить!

Эту последнюю фразу можно, вероятно, поставить эпиграфом к любой книге о Великой Отечественной войне.

Очень коротко звучит военная биография П. Кодочигова. И она весьма типична для того времени, для его поколения. Только закончил школу, началась война. Помчались с ребятами в военкомат. Там отказали. Лишь в декабре призвали в армию и направили в Московское Краснознаменное пехотное училище имени Верховного Совета РСФСР.

Закончил училище лейтенантом и в августе 42-го года прибыл на Волховский фронт, стал командиром минометного взвода в 299-м стрелковом полку 225-й Краснознаменной стрелковой дивизии.

Первое ранение было весной 43-го, "настолько легкое, что к медицине не обращался - похромал недельку, поперевязывался, но строй не покинул".

А в январе 44-го Павел Кодочигов получил второе ранение. На этот раз тяжелое. Был демобилизован, порядком хватил госпитального лиха. Будущее - и в смысле здоровья, трудоспособности, и в смысле "жизненного обустройства" - было весьма туманным.

По-настоящему воспрянул духом, когда пришла Победа. В 1952 году закончил юридический институт, уже имея семилетнюю практику. Но увлекла журналистика стал работать собкором "Тюменского комсомольца" в Ямало-Ненецком национальном округе.

Первая книжка Павла Кодочигова "Я работаю в редакции" (сборник рассказов) вышла в 1960 году в Тюменском издательстве. В основу сборника легли подлинные события, сам автор был их очевидцем, они потрясали, о них невозможно было молчать.

Но это был лишь дальний подступ к военной теме, первая проба.

В 1964 году в том же издательстве вышла вторая - совершенно неожиданная по жанру книга даже для самого автора "Первый поцелуй" - сборник юмористических рассказов.

Наконец в 1973 году в шестом номере "Урала" опубликована первая документальная повесть "Здравствуй, Марта!" - о новгородской комсомолке-подпольщице, латышке по национальности, Марте Лаубе. Эта повесть была переиздана в сборнике "Рассказы о храбрых" и получила множество читательских откликов. В ней уже появилась та основная черта, которая будет характерна для всех последующих книг П. Кодочигова - выверенная, строгая достоверность фактов, пульсирующая живой болью и радостью за подвиги своих героев органическая авторская причастность к каждому событию, каждой утрате и победе.

На многочисленных встречах и беседах с читателями нередко звучит вопрос почему автор так долго не обращался к фронтовой теме. А он не хотел, не мог вспоминать, рассказывать о войне. Еще не дошла до глубины души надежная тишина мира, еще кровоточили фронтовые раны - и в прямом, и в переносном смысле. Не хотела мириться душа с потерей друзей, с навязанной нам бойней.

И в той, самой первой своей книжке он позволил себе всего один военный рассказ - "Солдаты клянутся".

Иное, неведомое доселе чувство овладевало душой, возвращало память к пройденным фронтовым дорогам - чувство долга перед людьми. Перед живыми и павшими однополчанами, перед теми, кто не дождался с войны своих близких, перед юными, которые не видели военного пекла, но так или иначе разделили горечь утрат, познали безотцовщину, голод, бытовые нехватки. Они должны знать, как это было. Пусть об этом уже написано много книг, созданы фильмы, пьесы. Но именно об этих, конкретных, реальных людях, с которыми рядом шел в атаки, которых хоронил или помогал выносить из-под огня. Так рассказать может только непосредственный очевидец и участник, только он - Павел Кодочигов.