Читаем Второй шанс (СИ) полностью

Найдя идеальную позу юноша наконец угомонился, медленно согреваясь. Он притих, постарался выровнять дыхание, и покинувшая его дремота собиралась снова принять его в свои объятия, когда Том начал гладить его бок и невесомо целовать плечо.


- То-о-ом, - дернулся Билл, улыбаясь. – Я спать хочу!


- Какая противная лягушка, - прошептал Трюмпер, не переставая чесать бок, перебираясь секундой позже на живот. – Разбудила и спать собралась.


Хохотнув, юноша чуть царапнул нежную кожу внизу живота, и Билл охнул и рефлекторно сжался: было и щекотно, и приятно, и еще черте что… Том продолжал гладить. Живот, грудь, бок. Это было одновременно успокаивающе, и жутко заводило.


- Перестань, - зашипел он и захихикал от щекотки, когда Трюмпер чуть надавил на бок.


- Ага! – возликовал парень, поняв, что юноша ее боится. – Ну, держись, лягушка!


Однако продолжить начатое не удалось. В утренней тишине молния на палатке разъехалась особенно громко, и парни вздрогнули, не сговариваясь отстраняясь друг от друга.


- Уже не спите? – поинтересовалась Анна, без приглашения забираясь внутрь и тут же закрывая за собой. – Бр-р-р, холодина. Может, будем собираться?


- Побойся Бога, - поморщился Том. – Пусть хоть дождь прекратится.


- Да не имеет смысла, Линда уже посмотрела прогноз – лить будет весь день, так что лучше сейчас уехать.


- Ну, как будет угодно дамам, - сдался Трюмпер и уселся. Матрас под ним чуть просел, натягиваясь со стороны Билла, и парень едва удержался, чтобы не скатиться Тому под бок. – Дайте мне две минуты, чтобы собраться.


Кивнув, Анна покинула их. Том задумчиво посмотрел на удерживающегося на месте из последних сил Билла и скомандовал:


- Сложишь спальник в чехол, сдуешь матрас, и не будешь мешаться под ногами.


- Звучит так, будто я лодырь! – возмутился Каулитц, оставляя попытки удержаться и все-таки скатываясь Тому под бедро.


- Ты не лодырь. Ты – ходячая катастрофа, - вздохнул Том.


Билл в ответ на такое неприятное заявление не нашел ничего лучше, чем укусить Трюмпера за ногу. Взвизгнув, как девчонка, парень расхохотался и ущипнул Билла за задницу, тут же подхватываясь и перескакивая в другой угол.


- Все, закончили веселье, - серьезно сказал он, но в глазах все еще прыгали искорки смеха.


- Я отомщу, - пригрозил Билл и начал неторопливо одеваться.


Спустя какой-нибудь час они были практически собраны. Несмотря на запрет Тома, Билл все-таки помог девушкам сложить продукты, собрать мусор и сложить все это добро в багажник. После они еще попытались собрать походный столик, но Каулитц прищемил себе палец, стараясь разобрать его, и Том недовольно шикнул, отгоняя его и девушек от стола.


Сам он был деловой, как никогда. Его словно было, по меньшей мере, двое. Том сновал туда-сюда, в ускоренном темпе собирая палатки, бурча, что все придется просушивать в гараже. В конце концов Биллу надоело смотреть это мельтешение, и он забрался в машину, которую Трюмпер тут же завел, проворчал, что не хватало еще, чтобы ботаник застудился. Ворчание его, впрочем, было беззлобным, а взгляд, которым он одарил Билла – мягким, ласкающим.


- Ну что, Билл, может, за руль? – предложил Том, когда все вещи были собраны, а пассажиры на месте. Билл округлил глаза и отрицательно замотал головой:


- Только если хочешь угробить нас всех.


Разбросав девушек по домам, ребята поехали к себе.


- Поможешь мне палатки расстелить? – попросил Том, запарковавшись у своего гаража.


- А это долго?


- Ну, если не пить, то быстро. А то ты, я смотрю, не дурак шары залить.


Билл густо покраснел, вспоминая вчерашнее поведение, и пробормотал, что Том еще тот злобный тролль. Новоявленный злобный тролль весело расхохотался и пошел открывать ворота.


Еще час у них ушел на раскладывание нехитрого скарба, но это был один из самых утомительных часов в жизни Билла: пришлось расправлять все до идеального состояния, чертов Том не угомонился, пока не осталось ни единой складки. После того, как с походными принадлежностями было покончено, Трюмпер зажал Билла в углу и доверительно сообщил, что собирается сожрать Каулитца прямо сегодня же.


- Только у кого – у тебя или у меня, выбирай сам, - уточнил он и первым вышел из гаража. Билл ненадолго подвис, и Тому пришлось окликнуть его, припугнув заодно закрыть гараж, оставив в нем одного тормознутого лягушонка.


На самом деле Каулитцу хотелось лежать и целоваться буквально вечность, но выработанная годами ответственность взяла вверх и, придя домой, он позволил Тому лишь легко поцеловать себя в губы, а потом отстранился, твердо глядя Трюмперу в глаза:


- Нам на завтра херову гору всего нужно сделать.


- Ну Билл, - разнылся Том. – Не превращайся обратно в ботаника, я тебя умоляю!


- Помнится, кто-то хотел в университет поступить, - выгнул бровь парень, ловко обходя Тома и усаживаясь за стол.


Трюмпер горестно кивнул, даже не представляя, что на самом деле Билл готов был бросить все и кинуться ему в объятья, если бы он был хоть немного более настойчивым.


Перейти на страницу:

Похожие книги

1984. Скотный двор
1984. Скотный двор

Роман «1984» об опасности тоталитаризма стал одной из самых известных антиутопий XX века, которая стоит в одном ряду с «Мы» Замятина, «О дивный новый мир» Хаксли и «451° по Фаренгейту» Брэдбери.Что будет, если в правящих кругах распространятся идеи фашизма и диктатуры? Каким станет общественный уклад, если власть потребует неуклонного подчинения? К какой катастрофе приведет подобный режим?Повесть-притча «Скотный двор» полна острого сарказма и политической сатиры. Обитатели фермы олицетворяют самые ужасные людские пороки, а сама ферма становится символом тоталитарного общества. Как будут существовать в таком обществе его обитатели – животные, которых поведут на бойню?

Джордж Оруэлл

Классический детектив / Классическая проза / Прочее / Социально-психологическая фантастика / Классическая литература
Айседора Дункан. Модерн на босу ногу
Айседора Дункан. Модерн на босу ногу

Перед вами лучшая на сегодняшний день биография величайшей танцовщицы ХХ века. Книга о жизни и творчестве Айседоры Дункан, написанная Ю. Андреевой в 2013 году, получила несколько литературных премий и на долгое время стала основной темой для обсуждения среди знатоков искусства. Для этого издания автор существенно дополнила историю «жрицы танца», уделив особое внимание годам ее юности.Ярчайшая из комет, посетивших землю на рубеже XIX – начала XX в., основательница танца модерн, самая эксцентричная женщина своего времени. Что сделало ее такой? Как ей удалось пережить смерть двоих детей? Как из скромной воспитанницы балетного училища она превратилась в гетеру, танцующую босиком в казино Чикаго? Ответы вы найдете на страницах биографии Айседоры Дункан, женщины, сказавшей однажды: «Только гений может стать достойным моего тела!» – и вскоре вышедшей замуж за Сергея Есенина.

Юлия Игоревна Андреева

Музыка / Прочее
Комната бабочек
Комната бабочек

Поузи живет в старинном доме. Она провела там прекрасное детство. Но годы идут, и теперь ей предстоит принять мучительное решение – продать Адмирал-хаус и избавиться от всех связанных с ним воспоминаний.Но Адмирал-хаус – это история семьи длиною в целый век, история драматичной любви и ее печальных последствий, память о войне и ошибках нескольких поколений.Поузи колеблется, когда перед ней возникает самое желанное, но и опасное видение – Фредди, ее первая любовь, человек, который бросил ее с разбитым сердцем много лет назад. У него припасена для Поузи разрушительная тайна. Тайна, связанная с ее детством, которая изменит все.Люсинда Райли родилась в Ирландии. Она прославилась как актриса театра, но ее жизнь резко изменилась после публикации дебютного романа. Это стало настоящим событием в Великобритании. На сегодняшний день книги Люсинды Райли переведены более чем на 30 языков и изданы в 45 странах. Совокупный тираж превысил 30 млн экземпляров.Люсинда Райли живет с мужем и четырьмя детьми в Ирландии и Англии. Она вдохновляется окружающим миром – зелеными лугами, звездным небом и морскими просторами. Это мы видим в ее романах, где герои черпают силы из повседневного волшебства, что происходит вокруг нас.

Люсинда Райли

Современная русская и зарубежная проза / Прочее / Современная зарубежная литература