Читаем Второй Салладин полностью

"Я просто хочу, чтобы ты была счастлива".

Майлз снова покачал головой.

В свои двадцать восемь он был циничным, как римская шлюха. По его мнению, все поступки люди совершали, исключительно руководствуясь двумя побуждениями: какую выгоду из этого я могу получить для себя лично и что я могу помешать получить тебе.

– Значит, она вне подозрений? Так?

Кудесник немедленно пошел на попятный. Это был уже немолодой человек, достигший своего предела, застрявший в техотделе. Он ничего больше в жизни своей не видел и не увидит. Он сглотнул: от настойчивости Ланахана ему было немного не по себе.

– Я просто записываю телефонные разговоры, – сказал он. – Никаких оценок им я не даю. Это задача аналитиков.

– Но ты же старый профи, Фил, – возразил Майлз. Вроде бы кудесника звали Фил.

– Ты знаешь жизнь. Между нами. Она вне подозрений. Скажи. Только для меня.

– Ты ведь не записываешь наш с тобой разговор, а? – попытался пошутить кудесник.

Ланахан рассмеялся. Однако в каком-то смысле он записывал этот разговор, пусть даже только мотал его себе на ус на всякий случай – вдруг пригодится в будущем.

– Ну что ты, Фил.

– У нас утечка, Майлз. Но женщина тут ни при чем. Или же она замешана в какой-то операции, которая ее использует втемную.

Он выдавил еще одну улыбку, но Ланахан никак не ответил на нее, отметив грамматическую ошибку, допущенную его собеседником от волнения. Майлз решил, что Фил только что продемонстрировал свои истинные корни.

"Из работяг, как и я. Только он там и остался, а я выбрался".

– А что с наружным наблюдением?

– Так сняли же. Он уже давно распорядился. Мистер Вер Стиг.

– Он хотел, чтобы все вместе с ним перекочевали в Дейтон, – сказал Ланахан.

– Раз в три-четыре ночи я заезжаю к ее дому и забираю записи. Потом отдаю девочкам на расшифровку.

– Выходит, мы получаем сведения с задержкой в три-четыре дня?

– Да, Майлз. Это он так распорядился.

– Он чует курда в Дейтоне, – сказал Ланахан. – Спит и видит, как станет заместителем директора.

Он дежурно пробежал глазами расшифровку, но ничего необычного не заметил.

– Ну ладно, хорошо...

Он вдруг запнулся. Потом вчитался еще раз, внимательней.

Черт побери!

– Видишь вот это?

– А?

Кудесник со всех ног бросился к нему, переполошившись, что прозевал что-то важное.

– Ах, это, – с облегчением проговорил он, – ну конечно, я это видел.

Ему нужно было непременно заявить об этом.

– Но ничего предосудительного не усмотрел. – Он рассмеялся. – Ну подумаешь, племяннику Чарди из Мексики понадобились деньги. Это не показалось мне...

– Да, ты прав. – Ланахан всегда умел лгать, не вызывая подозрений. – Послушай, я еще несколько минут почитаю это, ладно?

– Конечно, Майлз.

Кудесник вышел.

Ланахан откинулся на спинку стула, торжествуя, победу. Им овладело чудовищное возбуждение.

Что делать дальше?

Рассказать Вер Стигу?

Нет, к черту Вер Стига. Рассказать Мелмену? Отправиться прямиком к Мелмену, тайному вдохновителю всей операции? Может, и правда пойти прямо к Сэму, который уже благоволит Майлзу? У него внезапно разыгралось воображение. Вот его пропуск на следующую ступень! Наверх, наверх! На краткий миг он увидел себя заместителем директора к тридцати годам. К тридцати! Самый молодой заместитель директора в истории, на семь лет младше самого молодого из предыдущих (он как-то раз проверял) и единственный католик, которому удалось достичь таких высот. Эта картина ему понравилась. Он любовался ею, рассматривал со всех сторон, смаковал оттенки. Вообще-то Ланахан не был склонен предаваться мечтаниям, разве что на тему собственной карьеры, тайный ритм и очертания которой он обожал. В этих мечтах он виделся себе облеченным властью, авторитетом, уважением.

Он снял трубку защищенного от прослушивания телефона, чтобы позвонить Мелмену.

– Оперативный директорат.

– Канцелярию замдиректора, пожалуйста.

– Секундочку.

– Канцелярия замдиректора.

– Это Майлз Ланахан. Его высокопреосвященство свободен?

– Он на другой линии. Можете подождать?

– Да, могу.

Секретарша Мелмена смутно вспоминалась ему как строгая одинокая дама.

В мертвой тишине, которая воцарилась в трубке, он еще раз проговорил все про себя.

Тревитт жив и находится в Мексике. Чарди руководит им?

Что за чертовщина творится? Во-первых, это стало для него неожиданностью. Чарди пошел на такие ухищрения? Чарди, угрюмый, вспыльчивый спортсмен, ковбой, однолюб? Что он задумал? Что это за игра?

Эта мысль не давала Ланахану покоя.

Неужели Чарди работает в одиночку? Или у него есть тайные связи, контакты, каналы? Или этот разговор был совершенно невинен?

Не бывает ничего невинного. Никогда.

Может, Тревитт подставил Спейта?

Может, Чарди работает на русских?

Эта идея совсем не показалась ему омерзительной, напротив, она воодушевила его. Она наполнила его удивлением и изумлением, почти трепетом. Господи, неужели ему так подвезло! Это же золотое дно! Парень, который прищучил Филби[39], обеспечил себя бесплатными обедами на многие годы вперед!