Читаем Второй Салладин полностью

– Он был о старом стрелке, о ковбое. Он устроился учителем в школу. И вдруг старые друзья просят его снова взять в руки пистолеты. Конечно, говорит он, почему нет. Чего не сделаешь ради старых друзей. Но тут, о ужас, вдруг начинают происходит странные вещи. Ну, например, он решает навестить вдову своего закадычного друга. Р-р-раз – и он вдруг средь бела дня срывается с места и едет. А когда двое его приятелей увязываются за ним, он изящно от них отрывается. Он знает, что делает, этот старый ковбой. Но от нас ему, разумеется, не оторваться. Потому что мы тоже знаем, что делаем.

– Где вы были?

– Наверху. На вертолете. В нашем распоряжении было шесть машин. Никто не вел вас больше мили, а с вертолета координировали действия. Я сам был в том вертолете, Пол. Мы бросили на это дело целую команду.

Он улыбнулся.

Чарди взглянул на него.

– Ладно, значит, для вас это важно. И что?

– Вернемся к нашему фильму, Пол. Зачем ковбою навещать вдову? Может, он нащупал какое-то выпавшее звено, которое поможет восстановить всю картину?

– Может, он просто сентиментален.

– Не сходится. Зачем тогда трудиться, уходить от хвоста? Почему он не хочет, чтобы в управлении знали, что он сентиментален? На самом деле он очень многое утаивает от управления. Он не сказал им о своем племяннике в Мексике. Он посылает этому племяннику деньги, свои собственные деньги, из своего собственного кармана. Все остальные считают, что племянника нет в живых. Ну не любопытно ли? Как думаете, что происходит в этом вестерне, Пол?

– Я не хожу в кино.

– И я тоже. Терпеть этого не могу. Но этот старый простофиля меня тревожит. Он играет в странную игру. И мы только начали понимать, насколько странная эта игра. Что пытается выгадать управление? С чего это они послали неудачников вроде Тревитта и Спейта в Нога-лес с легендой инспекторов управления по контролю за продажей алкоголя, табака и огнестрельного оружия? Насколько не у дел Вер Стиг? Насколько в деле этот малыш Ланахан? С чего это управление потребовало от нас убрать из наших архивов всю информацию по патронам для чешского пистолета-пулемета семьсот шестьдесят пятого калибра? И, наоборот, не обратилась к нам за помощью в поисках Улу Бега? У нас отличные специалисты. Пол. Они могли бы помочь. Вот только им пришлось бы задать множество вопросов, Пол. А кому-то похоже, очень не хочется, чтобы эти вопросы были заданы.

– Им надо нанять вас за одно только ваше воображение. Вам стоило бы писать книги. Вы все сказали? Можно идти?

– Мне хотелось бы, чтобы мы с вами были друзьями, Пол. Очень хотелось бы.

– Уже много времени.

– Не забывайте, что случается с теми, кто играет в одиночку, Пол. Обдумайте мои слова. Этот бизнес перемалывает тех, кто играет в одиночку. Френчи попытался и погорел, разве не так? И старина Билл тоже закончил в канаве. Коллективная работа, резервные группы, техническая поддержка, инфракрасное слежение, компьютеризированные архивы – вот ключ к успеху в наше время.

– Езжайте смотреть свои фильмы, Лео. Нигде не сказано, что я должен помогать федералам удовлетворять их любопытство.

Беннис улыбнулся. У него было добродушное лицо канцелярского работника, проведшего двадцать лет в свете люминесцентных ламп. Он был приземистый, чуть за сорок, с рыжеватыми волосами.

– Пол, я понимаю, вы считаете, что я просто легавый. Так? Легавый, желающий вмешаться в операцию ЦРУ, которая и без того висит на волоске, охотник за красными, тупой головорез, рвущийся в драку. Вот как вы считаете.

– Я не знаю, какую игру вы затеяли. Я не хочу, чтобы пятьдесят человек дышали мне в затылок. Я должен разобраться со всем этим самостоятельно. Правда. Хотите нанять меня? Простите, нет. Я работаю исключительно сам на себя.

– Позвольте полюбопытствовать, Пол, вы считаете, что тому парнишке под силу справиться там самостоятельно? Это же бандитская страна. Ковбой вроде вас – еще куда ни шло. Но тот парнишка? Надо же было такое затеять. Стреляный воробей и парнишка, всего четыре года как выпустившийся из колледжа, держащий связь через монахиню в Иллинойсе и столкнувшийся с чем-то таким, о чем вы не имеете ни малейшего понятия, за исключением того, что люди все продолжают гибнуть и никто не может найти никаких следов Улу Бега. Это у вас разыгралось воображение, если вы считаете, что преуспеете в этом деле больше, чем удалось Спейту. Позвольте-ка, я кое-что вам покажу. Вот, взгляните.

Он передал Чарди распечатку, в которой несколько строчек были подчеркнуты красным.

Чарди прочитал ее.

– Откуда это взялось?

– На следующий день после гибели Джоанны в ее квартире раздался междугородний звонок. Нам удалось найти человека, который снял трубку. Это бостонский полицейский, находившийся там в рамках гражданского расследования. Ему ничего не известно о вас, Улу Беге и управлении. Он сказал, что записал сообщение на случай, если встретится с вами. Но так ничего вам и не передал. Забыл, наверное. Ох уж эти полицейские. Им нельзя доверять.

Это была распечатка записи телефонного звонка сестры Шэрон – та пыталась передать Чарди послание от Тревитта.