Читаем Второй пол полностью

Второй пол

Очевидно, что эта болезненная мечтательность была направлена в основном на утоление нарциссизма девушки, которая не рассчитывает на достойную ее жизнь и боится столкнуться с истиной существования; у Мари Б. процесс компенсации, характерный для многих девочек-подростков, просто дошел до крайности.

Однако девушке недостаточно одинокого поклонения самой себе. Чтобы состояться, ей необходимо существовать в сознании другого человека. Часто она ищет помощи у подруг. Несколькими годами раньше задушевная подружка помогала ей вырваться из материнского круга и познавать мир, в частности мир секса; теперь подруга является одновременно и объектом, позволяющим девушке преодолеть границы своего «я», и свидетелем, возвращающим ей это «я». Некоторые девочки демонстрируют друг другу свое обнаженное тело, сравнивают грудь; достаточно вспомнить сцену из «Девушек в униформе», где показаны подобные рискованные игры пансионерок; они ласкают друг друга, иногда безотчетно, а иногда и со знанием дела. Почти у всех девушек наблюдаются лесбийские наклонности; Колетт в «Клодине в школе» пишет об этом прямо, Розамунда Леманн в «Пыли» ограничивается намеками; эти наклонности почти не отличаются от нарциссического упоения: девушка вожделеет в другой собственную нежную кожу, собственные изящные формы; и наоборот, преклонение перед собой предполагает культ женственности как таковой. В сексуальном отношении мужчина – субъект; поэтому в норме желание, влекущее мужчин к отличному от них объекту, разделяет их; но женщина есть абсолютный объект желания; вот почему во всех лицеях, школах, пансионах, мастерских так часто встречается «особенная дружба»; иногда это чисто духовные отношения, иногда – в полном смысле слова плотские. В первом случае подруги раскрывают друг другу душу, делятся секретами; знак высшего и страстного доверия – показать избраннице свой дневник; в отсутствие половых отношений подруги проявляют друг к другу предельную нежность и нередко обмениваются физическими доказательствами своих чувств: так Наташа прижигает себе руку раскаленной докрасна линейкой, чтобы доказать свою любовь к Соне; но чаще всего они называют друг друга множеством ласковых имен, обмениваются пылкими письмами. Вот, к примеру, что пишет любимой подруге Эмили Дикинсон, юная пуританка из Новой Англии:

Сегодня я целый день думаю о вас, а ночью видела вас во сне. Мы гуляли в чудесном саду, я помогала вам нарезать букет роз, но никак не могла набрать полную корзину цветов. Целый день я молюсь, чтобы увидеть вас во сне, а по мере того как приближается ночь, мне становится все радостнее, я с нетерпением считаю минуты, отделяющие меня от темноты и сновидений, в которых я вижу никогда не наполняющуюся корзину…

В работе «Душа подростка» Мендус приводит немало подобных писем:

Дорогая Сюзанна… Мне хотелось бы начать свое письмо со стихов из Песни песней: О, ты прекрасна, возлюбленная моя, ты прекрасна! Как библейская невеста, вы похожи на саронский нарцисс, на лилию долин, и для меня вы всегда значили больше, чем обычная девушка; вы были символом множества прекрасных и возвышенных вещей… и поэтому, о моя чистейшая Сюзанна, я люблю вас чистой и бескорыстной и даже немного религиозной любовью.

Другая девушка пишет в дневнике о менее возвышенных чувствах:

Мы сидели рядом, она своей белой ручкой обнимала меня за талию, одна моя рука лежала на ее круглом плече, а другая прижималась к ее обнаженной руке. Я прикасалась телом к ее нежной груди и прямо перед собой видела ее приоткрытый ротик и хорошенькие зубки… Меня била дрожь, лицо мое горело[318].

В книге г-жи Эвар «Девочка-подросток» также собрано немало подобных интимных излияний:

Перейти на страницу: