Когда жена ушла менять сети, Виктор Сергеевич на всякий случай осмотрел спортивные кубки и прах с отцом. Чтобы Лида ничего не заподозрила, Петров аккуратно поставил кубки на прежние места, на свободные от пыли круги. Затем из велосипедной спицы, которую он снял с Лидкиного велосипеда, Виктор Сергеевич сделал щуп. Им он проткнул едва ли каждый сантиметр сада. Золота не было, были камни.

– Витя, у нас, кажется, завелись кроты. Посмотри, свежая земля в саду, как будто кто-то копал. – Лида заметила мужнины раскопки. – Кротов надо отравить. Иначе они поедят весь наш картофель.

– Чем же я их отравлю?

– Надо взять битое стекло и смешать его с падалью. Где-то поблизости подохла лиса. Чувствуешь вонь?

– А где же взять битое стекло?

– Помнишь, ты собирал сгоревшие лампочки? Их час пробил.

– Я для лампочек какую-то более интересную судьбу готовил, – сказал Виктор и перестал искать золото в садовой почве.

Спустя пару недель после начала поисков Виктор Сергеевич стал разговаривать сам с собой.

– Ну вот куда бы ты, Витя, сам спрятал золотые слитки? Думаю, что не проглотил бы их. Думаю, что и Лида не стала их глотать. Лично я бы положил их на чердак. Так и поищи на чердаке, – пробурчал Виктор Сергеевич себе под нос.

На чердаке ничего не было.

– Может, в туалете? Я бы положил золото в полиэтиленовый мешок и на веревке опустил вниз.

Виктор Сергеевич проверил туалет, там ничего не было.

В ходе поисков Петров испачкал туалетную кабинку и долго не мог придумать объяснения произошедшему, которое устроило бы жену. Придумал что-то про свой возраст и ненадежный желудок. Лида охотно поверила и потребовала, чтобы Виктор Сергеевич немедленно искупался в море. Пусть не таком уж и холодном, но все-таки зима. А потом выпил настойку дубовой коры.

Купаться Виктор Сергеевич не стал, протер себя влажной тканью, а настойку выпил.

Несколько раз от отчаяния Петров ловил убегавшего от него петуха.

– Петя, как ты думаешь, где Лидка могла спрятать золото?

Петя смотрел на Виктора Сергеевича одним глазом, вытягивал шею и кукарекал.

– Ты мой хороший, я же ничего не понимаю, но все равно говори.

Интересно, подумал Виктор Сергеевич, а если бы я понимал петушиный язык? А может, Петя видел, как Лидка прятала золото.

Петров вытянул шею, откашлялся и крикнул: «Кукареку!» Петя промолчал.

«Я схожу с ума, надо заканчивать, как будет, так и будет», – решил Виктор Сергеевич, но однажды ему приснился сон. Снились золотые яблоки.

Петров вспомнил, что участок под строительство покупали уже с яблонями. Яблоням было лет по сорок. На некоторых были дупла.

– Дупла – это не страшно, – сказала тогда Лидка и засыпала дыры битым кирпичом, потом замазала глиной.

Время от времени Лидка обнимала деревья, но чаще всего – яблони в их саду. И после этих объятий Лидка таинственно улыбалась.

– Как с отцом поговорила.

– И что он тебе поведал?

– Говорит: Лида, муж у тебя – пиломатериал.

– Не понимаю, Лида, я этих образов.

– Так это не я, это отец, – оправдывалась Петрова.

Теперь в этих объятиях Виктор Сергеевич увидел дополнительный смысл.

Петров почуял, что разгадка где-то близко. От радостного возбуждения он даже вспотел. Чтобы не привлекать внимания, не ставить лестницу, он привязал к палке старое автомобильное зеркало и с его помощью осмотрел все укромные места на деревьях. На ближайшей к дому яблоне он обнаружил то, что искал, – замазанное свежим цементом дупло. Дупло не было видно с земли.

Было еще одно место – у забора, но там цемент был в трещинах. Видно, судьба этой яблони Лидку не волновала.

Виктор Сергеевич спустился к заливу, сел на перевернутую рассохшуюся лодку. Море – светло-коричневую смесь почвы с водой – выдуло метров на десять от берега. В нескольких местах блестели на солнце мертвые таранки, как серебряные монеты, как льдинки. Виктор Сергеевич был доволен собой. Будто он решил какой-то очень сложный кроссворд. Типа технического названия карбоната калия. Наконец-то нашел нужное слово, и теперь все клеточки заполнены.

Он поднялся к дому, зашел во двор и обнял яблоню.

– Моя золотая! – Виктор поцеловал дерево. – Яблонька.

На следующий день, когда Лида спустилась к морю, Виктор проверил догадку. Опять помог щуп из велосипедной спицы.

Золото было в дупле.

В дневнике Виктор Сергеевич поставил дату – первое мая, рядом большой восклицательный знак и нарисовал двух таранок, сложенных в виде креста. Жаль, не с кем поделиться радостью. Разве что с Петей.

Перед сном Лида принесла Виктору Сергеевичу стакан с какой-то жидкостью.

– Это настой ромашки, выпей! Тебе надо успокоиться. Ты не представляешь, как ночью ты смеялся. Мне было страшно.

<p><strong>12. Леонидовы</strong></p>

Отрабатывать картошку Нинка Леонидова пришла с сыном Вадиком и его другом Алексеем. Выкладывали дорожки из битого кирпича в саде-огороде. И Вадику, и Алексею было по тридцать, только что из армии. Оба пришли с автоматами, в трико и кроссовках. Парни были похожи друг на друга, как будто их вытащили из одной коробки карандашей: небольшого роста, с красными лицами, с редкими бородами, очень злые и неразговорчивые.