Читаем Второе послание к Коринфянам полностью

Стих 14а вызывает в памяти образ римского торжественного шествия[30], хотя мысль Павла здесь не совсем ясна, что подтверждается наличием множества мнений о точном смысле этого выражения[31]. В Риме в честь военачальников, одержавших важные победы, устраивались общественные торжественные шествия (triumphas). Самое зрелищное шествие I века состоялось в 71 г. н. э. – в ознаменование победы над иудеями. Император Веспасиан и его сын Тит проехали на колеснице по улицам Рима, а перед ними брели жалкие плененные иудеи. Живший в I веке историк Иосиф Флавий подробно описывает это событие[32], а графически оно отображено на арке Тита, сохранившейся в Риме до наших дней. Не ясно, видит ли Павел себя победоносным военачальником, или его пленником. В пользу обоих предположений можно приводить доказательства, хотя апостол в качестве плененного раба представляется более правдоподобным. Что бы он ни имел в виду, мы можем быть уверенны, что, несмотря на немощь, именно Бог всегда и во всяком месте вел Павла триумфальным шествием (ст. 14).

Это, однако, не было триумфом оппонентов, объявивших о превосходстве их миссионерских успехов и экстатических способностей над успехами и способностями Павла. Успех и сила были отличительной чертой и самоцелью их служения, и значительное число коринфян подпало под их влияние.

Триумф христианства, хотя в самом выражении уже есть противоречие, был привлекателен для многих последующих поколений христиан. Император Константин был уверен, что выиграл свою главную битву с помощью изображенной на щитах его солдат пиктограммы из первых двух букв имени Христа. В последующие века многие христианские лидеры во имя Христа стремились к победе в ратном деле. В Средние века люди верили, что Бога нужно прославлять через взметнувшиеся ввысь соборы и пышные церковные церемонии. Во времена, близкие к нашим, в неразвитых странах можно было наблюдать миссионерскую деятельность, которая, как оказалось, наряду с Великим поручением Христа, была пропитана духом колониальной экспансии и культурного превосходства. В XX в. термин «триумфализм» применялся в отношении некоторых движений, целью которых был увеличение числа верующих, и в отношении роста так называемых «великих церквей».

В отношении своего служения Павел в своем послании настойчиво использует анти-«триумфалистский» язык. Он слуга коринфян, смертный по плоти человек, «немощный» и неразумный (2 Кор. 4:5,11; 11:29; 12:11). Служение незнакомцев характеризуется как раз мирским «триумфализмом». Его служение, как и служение Христа, характеризуется распятием. Об этом мы, христиане, должны помнить, думая и говоря о нашей вере.

«Триумфализм», во всех его формах, исключен из обдуманных высказываний апостола Павла в данном послании. Для Бога имеет значение не величие церковных зданий и не число собирающихся там прихожан, а преданное и жертвенное служение, основанное на примере Самого Христа.

2) Благоухание

Воскурение благовоний вдоль маршрута, которым следовало торжественное шествие, было частью римской триумфальной церемонии. Обоняние, а также зрение и слух, – все было направлено на великолепие этого события. Будучи ведомым Богом (если продолжать тему торжественного шествия), Павел тоже распространяет… во всяком месте… благовоние (ст. 14). И хотя он отвергает «триумфализм», служение его имеет видимые результаты. Как благовоние воздействует на чувства, пусть даже незаметно для глаз, так и служение Павла дает знать о себе.

Если можно обонять благовоние, то можно познать и человека. Через Павла и его спутников Бог распространяет… познание… Бога во всяком месте (ст. 14). «Познание Бога» в библейском понимании не такое уж абстрактное или интеллектуальное по своей сути явление. Например, когда мы читаем, что «Адам познал Еву, жену свою» (Быт. 4:1), на ум приходит такое физическое явление, как половой акт. Если «познание» жены достигается путем реального опыта, «познание» Бога тоже реально, хотя достигается путем межличностного опыта другого рода. Бог через Павла устанавливает отношения между Собой и людьми. Поэтому евангельская проповедь Павла, не являясь «триумфалистской», была осязаемой и заметной. Далее он напомнит им, что «оружия воинствования нашего не плотские, но сильные Богом» (10:4,5).

3) Жизнь и смерть