Читаем Вторая модель полностью

- Вы правильно с ним обошлись, Лукас, - заметил Бентрик, когда мальчик ушел, страшно гордый возложенной на него ответственностью.

- Я сказал ему чистую правду, - ответил Траск и секунду помолчал, ошарашенный пришедшей в голову мыслью. - Знаете, через пару лет она станет королевой. Королевам нужны принцы-консорты. Ваш сын - отличный паренек; мне он понравился с первого взгляда, а теперь просто полюбился. Ему самое место на троне рядом с королевой Мирной.

- Нет, это невозможно. Дело не в родстве - они, кажется, шестнадцатиюродные кузены. Но люди скажут, что я воспользовался своим положением, чтобы посадить сына на трон.

- Саймон, как монарх монарху - вам еще многому надо научиться. Один урок вы уже усвоили - правитель должен быть готов применить силу и пролить кровь для укрепления своей власти. Но вам надо понять еще одно - правитель не имеет права бояться, что скажет о нем народ. И даже что скажет о нем история. Единственный судья правителя - это его совесть.

Бентрик подвигал вверх-вниз транспексовое лицевое стекло шлема, проверил патроны.

- Для меня главное - мир и процветание Мардука. А этот вопрос я обсужу... со своим судьей. Пошли.

Когда аэромобиль приземлился, верхняя терраса дворца уже была освобождена от противника. Все новые машины выгружали десант на крышу и спускались к земле. На нижних террасах еще трещали пистолетные и пулеметные выстрелы, гремели взрывы. Машина спускалась в одну из шахт, пока не достигла зоны перекрестного огня снизу, потом резко свернула в широкий туннель на самом фронте наступления. Лукасу показалось, что именно в этой части дворца он жил, будучи гостем, но скорее всего показалось.

Они достигли спешно сооруженных баррикад из мебели и статуй, за которую цеплялись, отступая, "народные стражники" Маканна и викинги Дуннана. В комнатах столбом стояли пыль и едкий пороховой дым, валялись трупы. Мимо проезжали гравитележки с ранеными. Вокруг толпились десантники. "Руки убери, мы не грабить сюда пришли!" - "Кретин, а если там кто-то прячется?" В один из залов - не то концертный, не то бальный - согнали пленных, и люди с "Немезиды" устанавливали полиэнцефалографические веридикаторы, тяжелые кресла с установленными на них шлемами и прозрачными шарами. Пара людей Морланда пристегивала к веридикатору "народного стражника".

- Знаешь, что это такое? - спрашивал один из них. - Это веридикатор. Шар светится синим. Как только ты попытаешься солгать, он покраснеет. А стоит ему покраснеть, как я тебе зубы в глотку вобью.

- Узнали что-нибудь о короле? - спросил Бентрик.

Десантник обернулся:

- Нет. Все, кого мы успели опросить, видели его не позже чем месяц назад. Он просто исчез. - Он хотел продолжить, но, увидев лицо Бентрика, смолчал.

- Он мертв, - тупо произнес Бентрик. - Они пытали его, промыли мозги, использовали как марионетку чревовещателя, пока могли; а когда его уже нельзя было показывать народу, запихали в мусорную печь.

Несколько часов спустя нашли Заспара Маканна. Этот, наверное, мог бы рассказать немало интересного, если бы был жив. Но он вместе с несколькими фанатичными сторонниками забаррикадировался в тронном зале и был убит при штурме. Его нашли на троне с простреленной головой. Мертвая рука сжимала пистолет. Корона лежала на полу; бархатная подкладка была порвана, заляпана мозгами и кровью. Принц Бентрик поднял ее и брезгливо осмотрел.

- Надо будет как-то привести ее в порядок, - заметил он. - Я и не предполагал, что он ее наденет. Мне казалось, он хотел уничтожить трон, а не сесть на него.

Зал Совета министров во время боев не пострадал - только сломался подсвечник и несколько трупов пришлось вынести. Там и устроили штаб. К Лукасу и Бентрику присоединились Вальканхайн и еще несколько капитанов. Во дворце продолжались бои, город по-прежнему бурлил. Кто-то ухитрился связаться с капитанами "Чертовой скотины", "Гарпии" и "Проклятья Кагна" и привести их во дворец. Траск попытался с ними договориться, но безуспешно.

- Слушай, Лукас, ты мой друг, - сказал Роджер-фан-Морвилл Эстерсан, - и мы всегда вели дела честно. Но ты же знаешь, насколько капитан управляет своей командой. Эти ребята прилетели не политические ошибки мардуканцев исправлять, а за добычей. Если я попробую их остановить, они и меня пристрелят...

- А я не стану и пытаться, - добавил капитан "Проклятья Кагна". - Я и сам прилетел за добычей.

- Попробуйте, остановите их сами, - предложил капитан "Гарпии". - Завязнете по уши.

Траск проглядел приходившие со всей планеты сообщения. Харкаман приземлился на востоке; тамошние жители восстали против маканнистов и, когда им дали оружие, помогли отстрелять "народных стражников". Первый помощник Вальканхайна опустил корабль близ концентрационного лагеря, где сидело десять тысяч политических противников Маканна; он уже роздал все наличное оружие и просил прислать еще. Гомперц на "Погибели Гренделя" сел в Дрепплине и сообщал совершенно противоположное: народ поднялся в защиту маканновского режима, и капитан просил разрешения на ядерную бомбардировку.