Читаем Вторая модель полностью

- Вот! - взвился Спассо. - Они обманом высадятся, а потом...

- Капитан Спассо, - перебил его Траск, - не оскорбляйте интеллект присутствующих. Это ко всем относится: - Спассо уставился на него с оскорбленной надеждой. - Я прекрасно поднимаю, какие планы вы строили. Вы думали, что капитан Харкаман прилетел сюда, чтобы от имени герцога Уордхейвенского создать здесь базу. И вы решили, что, прибыв сюда раньше и заняв оборонительные позиции, уговорите его принять вас на герцогскую службу, вместо того чтобы тратить на вас снаряды и рисковать своими людьми. Так вот, господа, мне очень жаль, но капитан Харкаман находится на службе у меня. А я ни в малейшей степени не заинтересован в организации; базы на Танит.

Вальканхайн и Спассо переглянулись - вернее, скосили глаза вбок, на соседние экраны, каждый в своем, корабле.

- Понял! - вскричал внезапно Спассо. - Тут два корабля - этот и "Авантюра". Герцог Уордхейвенский послал "Авантюру", а этот - кто-то еще. Они оба хотят устроить тут базу!

Перспективы открывались блистательные. Вместо того чтобы стричь купоны со своей комариности, капитаны теперь ощутили себя силой, способной нарушить баланс сил в борьбе за планету. Возможности для прибыльных измен были неисчислимы.

- Да, конечно, Отто, садитесь, - разрешил Вальканхайн. - Я-то знаю, что такое три тысячи часов в гипере.

- Вы устроились в том старом городе с двумя небоскребами, да? - спросил Харкаман и перевел взгляд на обзорный экран. - Сейчас там полночь. Что с космопортом? Когда я здесь бывал; от него мало что осталось.

- Ну, мы его привели в порядок. На нас тут целая шайка туземцев ишачит...

Город был знаком Лукасу и по описаниям Харкамана, и по картинам, которые рисовал Ван Ларч за время долгого пути с Храма. На подлетах к нему он казался даже величественным, раскинувшись на многие мили вокруг трехтысячефутовых башен-близнецов. Немного в стороне виднелась восьмиконечная звезда космопорта. Те, кто строил этот город во времена закатного Блеска Терранской Федерации, были уверены, что он станет столицей многолюдного и богатого мира. Потом на Федерацию пала ночь. Что случилось затем на Танит, в точности не знал никто; ясно было только, что ничего хорошего.

Издали башни казались новенькими, будто бы только что построенными; потом стало видно, что верхушка одной из них обломана. Разбросанные вокруг них дома поменьше почти не пострадали от времени, хотя кое-где на грудах руин буйно разросся кустарник. Космопорт выглядел вполне обычно: восьмиугольник центрального корпуса, посадочные поля, за ними - треугольники складов и воздушных доков. Центральный корпус стоял, как и прежде, а посадочные поля были очищены от мусора и обломков.

Но когда "Немезида", буксируемая собственными пинасами, дошла вслед за "Бичом пространства" и "Ламией" на посадку, иллюзия живого города рассеялась. Промежутки между зданиями заполонила новая поросль, перемежающаяся кое-где огородами и полями. И башен, этих вертикальных городов в небе, когда-то стояло три. На месте третьей красовался теперь глянцевый кратер, от которого отходила гряда обломков - кто-то взорвал у ее основания ракету средних размеров, килотонн на двадцать. Нечто подобное случилось и с космопортом - один из треугольных комплексов причалов и складов превратился в однородную груду шлака.

В целом же причиной гибели города послужило не насилие, а небрежение. Во всяком случае, его не сровняли с землей. Харкаман предположил, что большей частью война велась субнейтронными или омега-лучевыми бомбами, уничтожавшими все живое, но не повреждавшими строения. Или биологическим оружием - искусственная чума вышла из-под контроля и опустошила планету.

- Чтобы цивилизация продолжалась, чертова уйма народу должна провернуть чертову уйму работы. Разбомбить заводы, убить инженеров и ученых - и массы не смогут восстановить разрушенное и вернутся к каменным топорам. Уничтожить побольше людей - и даже если заводы и технологии останутся, работать будет некому. Я видел, как планеты децивилизовались обоими способами. Танит - вероятно, последним.

Это было сказано за обедом еще во время перелета с Грама на Танит. Кто-то из благородных авантюристов, присоединившихся к экспедиции после угона "Авантюры" и убийства, спросил:

- Но ведь кто-то выжил. Неужели они не знают, что случилось?

- "В древние времена, - процитировал Харкаман, - были колдуны. Они строили высокие дома чародейскими заклятиями. Потом колдуны передрались и сгинули". Больше они ничего не знают.

Вот и понимай, как хочешь.

Пока пинасы подталкивали "Немезиду" к посадочному доку, Лукас успел заметить внизу, на поле космодрома, рабочих. Или у Вальканхайна и Спассо оказалось больше товарищей, чем можно было судить по размерам их кораблей, или на них работало немало местных жителей - больше, чем жило во всем умирающем городе, сколько помнилось Харкаману.