Читаем Вступая в игру полностью

Комната для уборщиц была небольшого размера, около шести квадратных метров, с более простой отделкой из однотонных желтых обоев и коричневого ковра без ворса. На широких полочках справа лежали аккуратно сложенные полотенца разных размеров и цветов, халаты, тапочки, постельное белье, с левой стороны стояли банные принадлежности, средства гигиены, чистящие средства, салфетки, туалетная бумага, перчатки, пакеты, внизу на полу стояли пылесосы, стиральная и уборочная машины. И только тело и лужа крови рядом омрачали картину полного и идеального порядка.

Мужчина, лет 35—40 на вид крупного телосложения, высокого роста, одетый во все черное: куртка, футболка, штаны, ботинки, лежал поперек помещения, еле в нем помещаясь, на животе, утопая в луже собственной крови. Рана была нанесена в область живота чем-то, колющим и острым, по всей видимости ножом. Ко всему этому на шее виднелись посиневшие полосы.

– Личность уже установлена? – спросил Лоуренс, подозвав дежурного полицейского.

– Мэт Уилкер, 36 лет, работал частным секюрити. До этого работал на ВМФ, штат Орегон. Женат на Лив Уилкер. Трое детей: Чак, Барри, Элиссон, от 8 до 11 лет. Также нами обнаружены капли крови недалеко от номера 304, предположительно этого самого Уилкера, но совсем небольшое количество, что странно, ведь в подсобном помещении крови просто море…

– Может наш убийца использовал полотенца? Каким-то образом прикрыл рану, чтобы все не залить? Проверьте количество полотенец. – озвучил свою идею Шиллинг.

– Или, когда он вынул нож, началось обильное кровотечение… – предположил Лоуренс

– Его полосы на шее… его чем-то душили…

– Возможно веревкой…

– Или проводом… – показывая в сторону стоящего рядом пылесоса, предположил Шиллинг.

– Можно предположить, что убитый, как раз был на службе, и охранял кого-то из номера 304.

– Если он был на работе, то он был крайне невнимателен! Судя по всему, на него напали сзади…

– И протащили несколько метров, почти не разлив кровь, до подсобки…

– Может, его сначала душили, а потом закололи…

– Может потому, что он был не под силу убийце и оказывал сопротивление?

– Необходимо все-таки, сверить количество полотенец и обыскать все мусорные баки на наличие острых предметов, улик, веревок, всего чем можно было бы душить! – дал распоряжение Джек Шиллинг.

– Уважаемые! Предлагаю, осмотреть номер, чтобы поскорее вы уже сделали все свое необходимое, а мы могли провести уборку и открыться! – с трепетом говорил Картер, словно куда-то спешил.

Войдя в номер, невозможно было не обратить внимание на явные следы борьбы: был разбит стеклянный журнальный столик, от которого осталась лишь металлическая оправа, он стоял по центру шикарного номера с обоями насыщенного голубого цвета и серебряными узорами в виде цветов. Подушки на гостевом диване были частично сброшены, а сам диван стоял криво. Перевернутый стул лежал почти у кровати, с которой было скинуто на пол золотое покрывало, скрывавшее немного смятое шелковое постельное белье темно серого цвета. На полу, не далеко от журнального столика лежали осколки разбитой вазы со свежим огромным букетом цветов из красных роз. На множество частей была разбита лампа у прикроватной тумбы, рядом с которой валялся выдернутый шнур от стационарного телефона. Так же на полу были обнаружены разбитые на осколки бокалы от шампанского.

Перед стеклянной дверью на лоджию лежало тело мужчины спиной вверх, на вид 30—35 лет. Заколот острым предметом сзади в сердце. На золотой атласной занавеске, что прикрывала дверь лоджии, виднелся тянущийся до низа след крови.

– Какая информация уже известна о теле? – спросил Лоуренс у дежурного.

– Пока личность не установлена, документов при себе не имел…

– Предварительная версия?

– Предположительно, заколот осколком от журнального столика. Ранение было смертельное. На теле имеются следы крови на рукавах и руках. Чтобы установить принадлежность нужна будет экспертиза.

– Тут очень много осколков…

– Да, они будут собраны для проверки. Один из них скорее всего и будет орудием убийства.

– Мистер Картер, скажите, а на кого зарегистрирован этот номер? – спросил Шиллинг.

– Анжелика Бартон. Она наш самый частый постоялец. Только в номерах на третьем этаже останавливалась, – отвечал владелец отеля.

– И как часто на останавливалась у вас?

– Стабильно раза 3—4 на неделе, иногда бывало и дольше, т. е. Половину каждого месяца, на протяжении больше чем полугода она проживала тут.

– Она останавливалась одна?

– Да, регистрировалась только она одна…

– Что значит только она? С ней кто-то был?

– К ней часто приезжали в гости мужчины.

– Эскорт услуги в Вашем отеле?

– Что? Нет! Нет! И нет!

– Вы уверены?

– Никаких эскорт услуг в моем отеле! Она – наш постоянный клиент, а кто к ней ходил и чем она занималась – это ее личное дело. Она оплачивала все своевременно и претензий к ней как к постояльцу не было.

– А эти мужчины? Они были разные? Или один и тот же?

– Вы знаете, я не могу сказать отличались ли они. Все-таки я управляющий отелем, а не смотритель. Мне некогда сплетни собирать, работы полно. Это лучше спрашивайте на ресепшене.