Читаем Встречный ветер полностью

- А ну, Петр, вспомни-ка наши школьные "боевые" дела, когда мы еще до турника не доставали. Теперь, наверное, мастер, - медленно подняв руки и глубоко вдохнув чистый морской воздух, проговорил Ромашков.

- К сожалению, это мне противопоказано, - смущенно ответил Петр.

- Почему? - удивился Михаил.

- Предплечье болит. Играл в волейбол и упал неудачно. Но турником и раньше не увлекался.

- Напрасно, - с улыбкой сказал капитан. - Значит, волейболист? Отлично! Организуем команды и посоревнуемся.

- Я не против.

Они прошли к морю, разделись на изогнувшемся подковой щебенчатом пляже, выкупались и вернулись в казарму.

Так начался их первый день на новом месте службы.

Глава седьмая

После завтрака вместе с капитаном Земцовым, который только вернулся с соседней заставы, куда выезжал по срочным делам, и с приехавшим офицером комендатуры Рокотовым Ромашков и Пыжиков стали знакомиться с участком государственной границы - сначала по висевшей на стене схеме, а затем, подседлав коней, проехали по галечному, местами обрывистому и каменистому берегу моря. Позднее, выйдя в море на небольшом катере, осмотрели правый фланг, загроможденный высокими отвесными скалами. В конце участка сошли у сероватой, мрачной Орлиной скалы, вскарабкались по узкой ступенчатой тропке на крутизну и пешком возвратились на заставу.

Долговязый, неутомимо подвижный, в белом с начищенными пуговицами кителе капитан Земцов торопился с передачей заставы. Коренастый, степенный майор Рокотов, туго перетянутый ремнями, с пистолетом на поясе, подолгу задерживался в каждом уголке, изредка делая спокойные критические замечания.

- Тачки-то вместо зениток, что ли, поставили? - спрашивал он старшину Маслюкова, указывая на оставленные строителями и разбросанные около бани тачки, ящики, носилки, доски.

- Приберем, товарищ майор.

- У собак опять нет свежего мяса. Прикажу сварить ваши порции, товарищ старшина.

- Сегодня забьем старую кобылу, как договорились, - оправдывался рассудительный и хозяйственный Маслюков.

- А мы, по-моему, давно уже об этом договорились. Забыли? - тихим голосом говорил Рокотов.

- Я сейчас дам указание. Разрешите?

Получив разрешение, старшина отделился от группы, пошел на конюшню.

Коней на заставе - вместе с молодняком - было одиннадцать голов, не считая старой гнедой кобылы, которая последние годы возила для бани и прачечной воду. Теперь же ее откормили на мясо, специально для питания собак. Старшина приказал Нестерову вывести кобылу в лес и там пристрелить.

- Вывести могу, а стрелять не могу, - стоя посреди конюшни с метлой в руках, сказал Нестеров.

- Боишься, что ли? - подзадорил старшина.

- Никак нет...

- А я приказываю! - повысил голос старшина.

Но Нестеров даже не шелохнулся. Он уже успел подшить чистый подворотничок, как это заметил вошедший капитан Ромашков, почистить брюки и сапоги. Выглядел свежо и опрятно. Так же чисто и опрятно было во всей конюшне с аккуратно развешанными уздечками и седлами. Пол был подметен, утрамбован и полит водой.

- Что за шум? - спросил появившийся капитан Земцов. Рокотов и Пыжиков остались во дворе.

- Опять, товарищ капитан, Нестеров мудрит. Отказывается выполнять приказание, - доложил старшина.

- В чем дело, товарищ Нестеров? - строго обратился к младшему сержанту Земцов.

- Не могу я, товарищ капитан, стрелять эту гнедуху, вот и все, - хмуро поглядывая на Земцова, ответил Нестеров.

- Почему?

- Есть собашники. Пусть уже они сами.

- Это же приказание! А если придется в человека стрелять? спросил капитан Земцов.

- То дело другое. Я присягу принимал и всяких врагов уничтожать обязан. Враг есть враг, а гнедуха ничего для меня вредного не сделала.

- Вот мудрец! - с усмешкой заметил старшина.

- А мне все равно, кто я есть, - спокойно, но твердо ответил Нестеров. - Может, она жеребая, у ней все зубы сточены, я ее с рук хлебом кормил...

- Вот странный человек! - воскликнул Земцов, не зная, как поступить в этом необычном случае. Акт приема и сдачи подписан еще не был. Земцов чувствовал, что ответственность за дисциплину пока лежит на нем и он должен принять какое-то решение.

- Значит, отказываетесь? - спросил он резко.

- Не могу. - Розовые щеки Нестерова дрогнули. Он выразительно посмотрел на нового начальника заставы.

Ромашков понимал состояние сержанта, но не вмешивался. Ему хотелось знать, какое решение примет капитан Земцов.

- Придется вас, товарищ Нестеров, строго наказать, - проговорил Земцов с желанием прекратить эту неприятную сцену.

- Наказывайте, товарищ капитан, - глухо проговорил Нестеров.

- Прекратите разговоры, младший сержант! А вам, товарищ Ромашков, советую поставить вопрос о переводе Нестерова на другую заставу. Он здесь не о службе думает, а о синеньких косыночках...

Рассерженный Земцов повернулся и вышел из конюшни. Ромашков, задержавшись на минуту, укоряюще посмотрел на Нестерова.

Оторопело постояв с минуту на одном месте, Нестеров швырнул в угол метлу и решительно вышел в станок.

Где-то стукнулась о кормушку лошадиная скула, звякнули кольца, зашуршало сухое сено, протяжно всхрапнул конь, визгливо и озорно заржал разыгравшийся стригунок.