– Вы не так уж далеки от истины, – усмехнулся Минчен. – Одно из основных правил госпиталя предписывает в обязательном порядке носить специальную больничную униформу для мужчин – белые парусиновые туфли, брюки и пиджаки; для женщин-такие же халаты. Даже швейцар внизу также одет в белое, помните? Лифтеры, судомойки, кухарки, конторщики–-все носят форму, пока находятся в здании госпиталя.

– У меня просто голова кругом идет, – простонал Эллери. – Выпустите меня отсюда.

Выйдя снова в южный коридор, они увидели высокого молодого человека в коричневом пальто и со шляпой в руке, спешившего им навстречу. Увидев их, он остановился, затем внезапно свернул направо и скрылся в восточном коридоре.

Открытое лицо Минчена увяло.

– Забыл про всемогущую Эбигейл, – пробормотал он. – Это ее адвокат, Филипп Морхаус. Совершеннейший простофиля. Все свое время посвящает интересам Эбби.

– Очевидно, ему уже сообщили о случившемся, – заметил Эллери. – А что, он лично заинтересован в миссис Доори?

– Я бы сказал, что он заинтересован в молодой и красивой дочери миссис Доорн, – сухо ответил Минчен. – Он и Гульда не скрывают своих чувств. Мне это кажется чересчур романтичным, а Эбби, по слухам, став в позу старосветской помещицы, благоволит их роману. Ну, полагаю, все уже в сборе… Хэлло! Вот и сам старый чародей выходит из операционной «А»…

Глава 2

Волнение

Человек в коричневом пальто подбежал к закрытой двери приемной, выходящей в северный коридор, и коротко постучал. Ответа не последовало. Тогда, взявшись за ручку, он открыл дверь..

– Фил!

– Гульда! Дорогая…

Высокая молодая женщина с покрасневшими от слез глазами бросилась в его объятия. Мужчина, положив ее голову к себе на плечо, шептал какие-то бессвязные выражения сочувствия.

Они были одни в большой пустой комнате. У стен стояли длинные скамейки, на одной из которых лежала бобровая шубка.

Филипп Морхаус мягко приподнял за подбородок голову девушки и заглянул ей в глаза.

– Ничего, Гульда… с ней будет все в порядке,–-хрипло сказал он. – Не плачь, дорогая, пожалуйста…

Девушка моргала глазами, изо всех сил пытаясь улыбнуться.

– Я… О, Фил, я так рада, иго ты пришел… а го сидишь здесь одна и ждешь…

– Я знаю. – Он огляделся вокруг, слегка нахмурившись. – А где все остальные? Какого черта они оставили тебя одну в этой комнате?

– О, не знаю… Сара, дядя Гендрик… Они где-то здесь…

Подойдя к скамейке, они сели. Гульда Доорн смотрела в пол широко открытыми глазами. Молодой человек отчаянно подыскивал слова, но не находил их.

Их окружала громадная больница, полная жизни. Но в комнате не было слышно ни звука – ни поступи шагов, ни веселых голосов, только унылые белые стены…

– О, Фил, я боюсь! Боюсь!

Глава 3

Посетитель

По южному коридору навстречу Минчену и Эллери шел маленький, странного вида человек. Еще не разглядев черт его лица, Эллери сразу же обратил внимание на необычную посадку головы и сильную хромоту. Судя по тому, что при ходьбе он припадал на правую сторону, у него был дефект левой ноги. «Возможно, какой-то паралич мышц», – подумал Эллери, наблюдая за маленьким доктором.

Вновь прибывший был облачен в полное снаряжение хирурга – белый халат, из-под которого высовывались белые парусиновые брюки и носки белых туфель. Халат был испачкан химикатами, на одном рукаве виднелось большое кровавое пятно. На голове торчала белая хирургическая шапочка, подвернутая на ушах. Вертя в руках шнурок маски, он подошел к двум мужчинам.

– А, вот и вы, Минчен! Ну, с одним мы покончили. Лопнувший аппендикс. Еле-еле удалось избежать перитонита. Да, грязная работа… Как Эбигейл? Видели ее? Какой результат последнего анализа на сахар? А это кто? – Он говорил с быстротой пулемета, его маленькие проницательные глазки ни на секунду не останавливались на месте, перебегая с Минчена на Эллери.

– Это доктор Дженни, – поспешно представил Минчен. – Эллери Квин, писатель, мой старый друг.

– Очень приятно, – поклонился Эллери.

– Мне также, – подхватил хирург. – Любой друг Минчена здесь желанный гость…

– Ну, Джон, теперь можно хоть немного передохнуть. Я очень беспокоюсь за Эбигейл. Слава Богу, что у нее хоть сердце хорошее. Да, скверная штука это прободение. А как с внутренними инъекциями?

– Продолжаются благополучно, – ответил Минчен. – В последний раз – около 10 часов. Мне сообщили, что ей снизили со 180 до 130. Все идет по расписанию. Возможно, она уже в приемной.

– Отлично! Она еще будет танцевать. – Эллери виновато улыбнулся. – Простите мне мое невежество, джентльмены, но что означают загадочные цифры, которые вы только что упомянули? Кровяное давление?

– Боже мой, конечно нет! – воскликнул доктор Дженни,–180 миллиграммов сахара на 100 кубических сантиметров крови. Мы снижаем количество сахара, так как к операции нельзя приступить, пока сахар не упадет до нормы –110 или хотя бы 120. О, вы ведь не медик, простите.

– Я просто потрясен, – покачал головой Эллери.

Минчен кашлянул.

– Очевидно, наши планы на вечер насчет работы над книгой рухнули из-за состояния миссис Доорн?