Читаем Встреча полностью

— Почему бы нет? А вдруг мне хоть в чем-то удастся ей тебя заменить? И может быть, ей будет даже приятно меня видеть. Ну а ты не станешь так тревожиться, если будешь знать, что я за ней присматриваю.

— У меня просто нет слов! Я так благодарна тебе, Клодия! Хочешь, заедем к ней сегодня вместе? Я с удовольствием вас познакомлю.

— Сегодня? Но ты же так занята подготовкой к отъезду!

Августа рассмеялась:

— Для поездки в клуб я уж как-нибудь сумею выделить время. От свидания с Салли я не откажусь ни за что на свете! Полагаю, тебя это не слишком удивляет, Клодия? Нет, ты просто не представляешь себе, дорогая, что упустила в жизни!

Питер Шелдрейк снова налил себе кларета и посмотрел на Гарри:

— Так ты хочешь, чтобы я собрал сведения о Лавджое? Но с какой стати они вдруг тебе понадобились?

— Трудно объяснить. Давай просто договоримся: этот человек мне неприятен, и мне очень не нравится, что он выбрал для своих грязных игр именно Августу.

— Может, они и грязные, — пожал плечами Питер, — но мы оба прекрасно знаем, что в карты играют множество людей. А такие, как Лавджой, никогда не упустят возможности еще и унизить женщину. Впрочем, чаще, всего они просто развлекаются, флиртуя с чужими женами. Постарайся держать Августу подальше от него, и все будет в порядке.

— Знаешь, хоть это и кажется невероятным, но, по-моему, она вполне усвоила полученный урок. Августа, конечно, немного беспечна по природе, однако она далеко не глупа. И Лавджою она больше никогда не поверит. — Гарри задумчиво провел пальцем по корешку книги, лежавшей на столе.

Это были «Некоторые замечания относительно» Римской истории от основания города» Тита Ливия «— одна из последних его работ, недавно опубликованная, чем Гарри чрезвычайно гордился, хотя и понимал, что подобная книга никогда не станет столь же популярной, как» Уэверли» Вальтера Скотта или эпические поэмы Байрона. Августа, без сомнения, сочтет ее чудовищно скучной. Гарри утешал себя мыслью, что его труды предназначены для читателей иного склада ума.

Питер, с беспокойством взглянув на друга, быстро прошелся по комнате и остановился у окна.

— Но если ты уверен, что твоя мисс Баллинджер получила хороший урок, то чего же тогда беспокоиться?

— Интуиция подсказывает мне, что за недостойными забавами Лавджоя кроется нечто большее, чем просто желание пофлиртовать с Августой или даже соблазнить ее. Здесь явно есть некий весьма точный расчет, это-то меня больше всего и беспокоит. Знаешь, когда я заехал к нему, он с непонятной настойчивостью намекал, что Августа совсем не подходит на роль моей жены.

— Похоже, он просто собирался шантажировать тебя. Может, надеялся, что ты выложишь за расписку Августы гораздо больше тысячи фунтов, только чтобы сохранить все в тайне и замять эту историю? У тебя репутация чуть ли не пуританина, если позволишь напомнить.

— Ну почему же не напомнить! Августа, например, напоминает мне об этом при каждом удобном случае.

— О да, уж она-то об этом не забывает, — усмехнулся Питер. — Между прочим, именно поэтому она отлично подходит тебе, Грейстоун. Однако вернемся к Лавджою. Объясни, пожалуйста, что именно ты рассчитываешь обнаружить?

— Повторяю: я ни в чем не уверен. Попробуй узнать о нем как можно больше. Даже Салли считает, что этот человек для нее всегда оставался загадкой.

— М-да, Салли наверняка первая узнала бы о нем все — и хорошее, и дурное… — Питер задумался. — Возможно, я попрошу нашу подругу немного помочь в этом расследовании. Это ее развлечет. Пусть вспомнит прежние деньки…

— Как хочешь, только не слишком утомляй бедняжку. Сил у нее совсем мало.

— Я это отлично понимаю. Но Салли принадлежит к тому типу женщин, которые каждую минуту своей жизни хотят прожить в полную силу, а не тянуть время, отлеживаясь в постели.

Гарри кивнул, глядя через окно в сад:

— Полагаю, ты прав. Ну что ж, отлично. Посмотрим, приятно ли ей будет вспомнить былое. — Он искоса глянул на своего друга. — И я, разумеется, рассчитываю, что вы оба будете соблюдать величайшую осторожность, ведя расследование.

Питер выслушал его с видом оскорбленной невинности.

— Осторожность в делах — одно из немногих дарованных мне достоинств! И тебе это прекрасно известно! — А потом, усмехнувшись, добавил:

— Как раз осторожностью я и отличаюсь от одного знакомого джентльмена, который занят теперь исключительно тем, чтобы добыть специальное разрешение на брак, ибо проявил непростительную неосторожность, оказавшись в закрытой карете с одной особой…

Гарри грозно нахмурился:

— Еще слово о прошлой ночи, Шелдрейк, и можешь спокойно сочинять себе эпитафию.

— Не бойся. Я же никому ничего не скажу. В некоторых случаях я нем как могила. Но черт побери, приятель! Видел бы ты собственную физиономию, когда вы с мисс Баллинджер вылезли из кареты! Поистине бесценные наблюдения! Абсолютно бесценные!