– Тебе на день рождения принесли здоровенную пушку со стертыми номерами?

Сара пожала плечами:

– Он у меня уже много лет, Джеффри.

– Когда ты купила эту машину, Сара? Два года назад?

– Я переложила его из старой.

Джеффри молча уставился на нее. Сара видела, что он в ярости, но добавить ничего не могла.

– Я ни разу им не пользовалась.

– Мне от этого не легче, – огрызнулся Джеффри. – У тебя в машине пушка, которой можно башку отстрелить, а ты не знаешь даже, как ею пользоваться?.. И вообще, зачем тебе револьвер?

Сара внимательно всмотрелась в лицо бывшего мужа, пытаясь придумать, как уйти из его кабинета без скандала. Она устала и физически, и психологически – не лучший момент ругаться с Джеффри. Не было сил.

– Нужен, – произнесла она.

– Такая пушка не для простых нужд.

– Я должна ехать в клинику.

Сара встала, но он преградил ей путь.

– Сара, что, черт побери, происходит?

– Ты о чем?

Джеффри сощурился, ничего не говоря, отошел в сторону и открыл ей дверь.

Сара даже не поверила, что он так быстро сдался.

– Что-то не так? – спросила она.

– Я же не могу пытать тебя.

– Джеффри, – произнесла Сара и приложила руку к его груди, чувствуя себя виноватой.

Он смотрел мимо нее.

– Мне нужно ехать в больницу.

16

Лена потерла лицо, пытаясь хоть немного прийти в себя. Она уже час сидела на стуле у двери в палату Джулии Мэтьюс, едва живая. Она сильно устала, со дня на день ожидалась менструация. Брюки сваливались от недоедания. Утром пристегнула кобуру и обнаружила, что та болтается из стороны в сторону.

Лена знала, что ей надо поесть и вернуться к нормальной жизни, а не истязать себя каждый день, словно он последний. Пока она не могла себе и представить, что, как обычно, будет вставать каждое утро, идти на пробежку. Ей не хотелось заходить в «Криспи крим» и пить кофе с другими следователями, а потом упаковывать ленч и где-то обедать. При виде еды ее тошнило. Сразу приходила мысль: Сибилл уже никогда есть не будет. Лена жива, а Сибилл умерла. Бессмыслица.

Оглядев коридор, Лена сделала глубокий вдох. Джулия Мэтьюс была единственной пациенткой в тот день, что облегчало работу. Помимо медсестры, некогда работавшей в Огасте, на этаже больше никого не было.

Лена встала, чтобы размяться. Мозги не соображали, словно она упилась спиртным. Движение – единственный способ бороться со ступором. Тело ломило от бессонной ночи, из головы по-прежнему не выходил образ Сибилл на столе в морге, с другой стороны, она отчасти радовалась, что появилась еще одна жертва. Ей хотелось войти в палату к Джулии Мэтьюс, встряхнуть ее за плечи, заставить рассказать, кто это сделал, кто убил Сибилл, но Лена знала, что ничего не добьется.

Она уже несколько раз заходила проверить девушку. Та хранила молчание, не отвечала даже на самые простые вопросы. Нужна ли еще одна подушка? Позвать кого-нибудь?

Испытывая жажду, Джулия показала на графин на столе, не произнося ни слова. Взгляд оставался остекленевшим, поскольку из организма еще не вышел наркотик. Зрачки расширены, словно она слепая. Слепая, как Сибилл. С той разницей, что у Джулии это пройдет. Джулия Мэтьюс снова будет видеть. Она поправится. Вернется в колледж, найдет новых друзей, в один прекрасный день встретит любимого человека, родит детей. Воспоминания о произошедшем навсегда останутся в ее подсознании, но по крайней мере она будет жить. У нее есть будущее. Поэтому Лена злилась на девушку. Она не раздумывая обменяла бы жизнь Джулии Мэтьюс на жизнь сестры.

Со звонком открылась дверь лифта, и Лена машинально коснулась револьвера. В коридоре появились Джеффри и Ник Шелтон, за ними – Фрэнк и худощавый подросток, словно только из школы. Лена опустила руку и пошла к ним навстречу, решив, что не позволит такой толпе войти в маленькую палату к девушке, которую недавно изнасиловали. Тем более одурманенной наркотиками.

– Как она? – спросил Джеффри.

Лена проигнорировала вопрос.

– Вы ведь не собираетесь войти сразу все?

Судя по выражению его лица, собирались.

– Она до сих пор молчит, – сказала Лена. – Не произнесла ни слова.

– Может, войдем только мы вдвоем? – предложил Джеффри. – Извини, Марк.

Молодой человек не возражал.

– Я уже рад тому, что меня вытащили из кабинета.

Джеффри подхватил Лену под локоть и повел к палате.

– Состояние стабильное?

– Да.

Джеффри остановился у двери.

– А сама ты как?

– В порядке.

– Мне почему-то кажется, что родители захотят перевести дочь в Огаст. Поедешь с ней?

Лена собралась было запротестовать, однако покорно кивнула, чего раньше никогда не делала. Может, ей пойдет на пользу покинуть город. Через пару дней Хэнк вернется в Рис. В пустом доме станет совсем тоскливо.

– Начнешь ты, – сказал Джеффри. – Если ей будет проще разговаривать с тобой, я вообще не буду вмешиваться.

– Хорошо, – кивнула Лена, одобрив стандартный подход.