Читаем Вслед за тенью полностью

Душа тоскливо застонала, всхлипывая от боли. Ничего. Терпи. Скоро все закончится… Время излечит раны, сотрет из памяти его лицо и даст возможность дышать полной грудью. Я на это надеюсь. Все проходит. Я смирюсь с неизбежностью, снова буду ловить дождевые капли ладонями и смотреть на вечернее солнце, забыв о том, что оно не настоящее…

Из зеркала на меня рассеянно смотрела незнакомка. Потухшие глаза, морщинка между бровей, осунувшееся лицо. Еще недавно это был совсем иной человек.

Казалось, что я раскололась на тысячу частей — мелких острых осколков, которые ранят меня саму.

С ним я была другой. Сильной. Живой…

Внезапно захотелось вернуть свои длинные каштановые локоны. Я грустно усмехнулась. Теперь уже не получится. Можно лишь нарастить волосы и сделать завивку, но это тоже будет не настоящее. Подделка… Все это глупо и бессмысленно.

Я невольно зажмурилась, вспомнив, как в мои локоны зарывались его пальцы. Душа содрогнулась от боли. Мне нужно их вернуть, во что бы то ни стало. Я знала, что будет лишь больнее, но в тот момент было уже все равно.

А что, если… Что если попробовать? Я понимала, что ничего не получится, и я снова испытаю разочарование, но надежда не хотела угасать. Слепая, безумная, умирающая надежда, которая зачастую толкает людей на необдуманные поступки.

Я сосредоточилась изо всех сил, пытаясь почувствовать в себе поток энергии и увидеть облако, вращающееся вокруг.

Пусто. Внутри был вакуум, похожий на тот, что окружает далекие звезды.

— Ничего не выйдет, — тихо прошептала я, чувствуя теплую слезу, покатившуюся по щеке. — Я уже ничего не могу.

Попробуй. Еще раз…

— Нет! — в сердцах прошипела я, смахивая слезу со щеки. — Нет! Не хочу. Я теперь живу среди людей. И здесь не место…

Я не смогла подобрать нужного слова. В памяти внезапно возникло его лицо, и я невольно задохнулась. Казалось, что сердце пронзили ледяной иглой. Когда я смогу забыть тебя? Когда? Это невыносимо…

Душа сжалась от боли, словно воздушный шар, который прокололи иглой. Из углов комнаты наползали черные тени, тянули ко мне скрюченные щупальца, злобно шипели. Выгоняли прочь.

Накинув на плечи куртку и, схватив дрожащими руками ключи от машины, я захлопнула дверь квартиры и бросилась вниз по лестнице так, словно за мной гнались. Этот мир душил, впиваясь крючковатыми пальцами в горло, лишал желания жить. Оставалось лишь одно желание — бежать. Бежать, сбивая ноги в кровь, подальше от этого угрюмого города, людей, машин, неоновых вывесок, мерцающих в темноте разноцветными огнями.

Холодный ветер резко дунул в лицо, спутал волосы. Я остановилась на пустом тротуаре, немного придя в себя. Из этой тюрьмы нет выхода, отсюда не скрыться. Ничего не изменится. Воспоминания никуда не уйдут. Мне придется привыкнуть.

Я опустила капюшон на глаза и медленно побрела вперед, бесцельно, не зная куда. Хотелось просто идти, слушать, как шуршит ледяная крошка, падающая с черного неба, и ни о чем не думать.

Ветер с тихим шорохом гонял по асфальту мусор, который люди не задумываясь бросали под ноги, медленно превращая этот мир в одну большую свалку.

Мое внимание привлек листок бумаги, приклеенный к стене одного из домов. Объявление. Я подошла ближе. Пропала собака. С фотографии на меня смотрел маленький щенок овчарки. Глаза защипало от слез. Чувствовала боль, которая сочилась из белого бумажного листка. Люди его очень любили и не теряли надежды найти. Вспомнился Дин. Каким он был изможденным, когда мы его увидели впервые. Отчаяние захлестнуло с головой, не давая дышать.

Я смахнула слезу со щеки. Как же я скучаю… Щенок продолжал смотреть вопрошающим взглядом. Где же ты сейчас можешь быть? Неожиданно перед глазами появилась картина, от которой я не могла оторваться. Она словно внедрилась в мозг. Грязный подвал. Трубы теплосетей. Картонные коробки на полу. Несколько людей, по виду бездомных, оборванных. Рядом с ними щенок. Я сразу узнала его. Он был грязный, худой, но живой. Щенок лежал, прижавшись к боку одного из спящих людей, и грыз что-то.

Где это место? Я мысленно оказалась в том подвале, осмотрелась по сторонам. Потом увидела лестницу, ведущую наверх, и двинулась по ней. Заунывно скрипела входная дверь, сорванная с одной петли. Я осмотрела здание и заметила адрес на старой покосившейся табличке. Брендон 21.

Тотчас сознание выбросило меня назад, на холодную улицу. Я вытащила мобильный телефон из кармана и стала лихорадочно набирать номер, который был указан в объявлении о пропаже.

— Алло, — тихо ответил женский голос.

— Добрый вечер, — поздоровалась я. — Я знаю, где Ваша собака.

— Секундочку, — в голосе послышалось замешательство, стих шум телевизора и стукнула дверь. Видимо, женщина вышла в другую комнату. — Говорите, я Вас слушаю.

— Улица Брендон 21. Подвал здания. И… не ходите туда в одиночестве.

— Спасибо, — Прошептал голос в трубке, — Но Вы уверены, что это он? Мы так долго ищем…

— Это он, — ответила я, нажимая кнопку отбоя.