Читаем Вся ярость полностью

Сержант Карен Боннет расправляет форменную юбку и звонит в дверь. Вообще-то на сегодня она планировала другое. Но это лучше, чем мелкое воровство в супермаркете. Или любовная связь между школьниками. Или нарушение правил дорожного движения. Нарушения ПДД ненавидят все. Боннет слышит, как у нее за спиной констебль Мансур шаркает подошвами по асфальту, переминаясь с ноги на ногу. Он только что окончил полицейскую школу, и Боннет готова дать голову на отсечение, что ничего подобного ему еще не приходилось делать.

– Не суетись! – шипит она на него. – У тебя такой вид, будто ты дилетант.

Звук тотчас же прекращается. Но теперь слышатся уже другие звуки, громкие, из-за двери. Детский плач. На полную мощность.

Дверь медленно открывается, и на пороге появляется женщина в спортивных штанах и черной футболке. У нее на руках младенец с багровым лицом, и она гладит его по спине тем самым полным отчаяния автоматическим движением, к которому прибегают все молодые мамы. Уж Боннет-то это знает, у нее самой четверо. У девушки измученный, бессонный вид, но ей не больше двадцати пяти. То есть она по крайней мере на двадцать лет моложе Джонатана Блейка, предположительно являющегося отцом младенца. «Еще один тип, решивший начать жизнь сначала, – думает Боннет. – Еще один мужик средних лет, променявший свою просроченную бывшую на новенький экземпляр и очаровательного младенца в придачу».

– Что вам нужно?

– Мисс Барроу? Рейчел Барроу? Сержант Карен Боннет. Мы можем зайти на минутку?

Женщина широко раскрывает глаза.

– В чем дело? Джон… с ним что-то случилось?

– Успокойтесь, ничего подобного. Нам просто нужно поговорить с вами.

– Ну хорошо, – поспешно говорит женщина. – Но только на одну минуту. В четыре часа у меня кормление.

В гостиной царит разгром, который Боннет уже столько раз доводилось видеть в семьях с грудным младенцем. Диван с кремовой обивкой долго не продержится, это точно. А на атласных подушках уже раскиданы использованные одноразовые салфетки и подгузники. Но нужно отдать девушке должное: по крайней мере, она старается поддерживать хоть какой-то порядок.

Мансур усаживается без приглашения, и Боннет бросает на него испепеляющий взгляд, который он не замечает, в основном потому, что уставился в огромный плазменный телевизор. Боннет вздыхает. Однако, когда она пробует привлечь Рейчел к своей понимающей усмешке, никакой реакции нет.

– Вы можете объяснить, в чем дело?

– Речь идет о Саше, – говорит Боннет. – Дочери вашего сожителя.

– И что с ней? – Рейчел хмурится.

За глаза Боннет прозвали «Кейвуд», по героине Сары Ланкашир из «Счастливой долины»[53]. И сходство несомненное. Дело не только в волосах – хотя светло-соломенный цвет определенно играет важную роль. Тут все в целом: настойчивость, проницательность, умение стоять на своем и высказывать свои мысли.

– Мисс Барроу, она сейчас здесь?

– Что вы имеете в виду – «здесь»? – говорит Рейчел. – Разумеется, ее здесь нет. Я с ней даже никогда не встречалась.

Боннет обводит взглядом комнату.

– Но мистер Блейк встречался, так? Я хочу сказать, недавно.

– Не понимаю, с чего вы…

– Фотографии, мисс Барроу. Например, вон та – в серебряной рамке. Это ведь Саша, правда? И даже на таком расстоянии я вижу, что она не грудной ребенок.

Женщина крепче прижимает младенца к груди.

– А почему у Джона не может быть ее фотографий? Это никакой не секрет. Мы с ним говорили об этом. Джон захотел увидеться с дочерью. Сказал, что они очень долго не общались друг с другом.

– Почему вдруг именно сейчас? После стольких лет?

– Все дело в нашем ребенке. Джон рассудил, что нам нужно стать хорошей семьей. Нехорошо, что Саша даже не подозревает о том, что у нее есть маленький братик. Особенно сейчас, когда она уже достаточно взрослая и способна сама принимать решения.

– Мисс Барроу, где сейчас мистер Блейк?

Она заливается краской.

– На юге. В Беркшире. Он работает менеджером по торговле в фармацевтической компании. И вы так и не сказали мне, в чем дело.

– Саша Блейк пропала. А учитывая то, что она недавно общалась со своим отцом, Управление полиции долины Темзы попросило нас заглянуть к вам и выяснить, нет ли ее здесь.

Женщина выпучивает глаза, крепче стискивая младенца. Тот снова начинает плакать.

– Так как, мисс Барроу, вы нам позволите осмотреть дом? Для порядка?

Женщина колеблется мгновение, затем кивает.

Боннет бросает многозначительный взгляд на Мансура, тот поспешно вскакивает и выходит в коридор. Через какое-то время слышно, как он поднимается по лестнице.

– Он ничего не найдет, – решительно заявляет Рейчел. – Я же говорила вам – ее здесь нет. Она даже никогда не приезжала сюда. Джон встречался с ней в Оксфорде.

– Вы только что сказали, что мистер Блейк в Беркшире. Это недалеко от Оксфорда. Он не собирался связаться с Сашей? Быть может, встретиться с ней?

Рейчел снова заливается краской.

– Вообще-то Джон действительно что-то говорил об этом, но я не знаю, чем все кончилось. Вам следует спросить у него самого.

– Мы стараемся с ним связаться, – сухо говорит Боннет. – Однако номер, который назвали нам у него на работе, отключен.