Читаем Всевидящее око полностью

Внизу салон и прилегавшая к нему гардеробная были превращены в импровизированную больничную палату для Лоуренса. По просьбе доктора, Кларри снял с ламп абажуры, и резкий свет вырвал из темноты унылую запущенную комнату, давно сочтенную здешними обитателями нежилой — заросший грязью пол, пыльная мебель, оббитый эмалированный умывальник.

Доктор Смит как раз опускал рукава рубашки, когда вошла Рени со стопкой свежих полотенец. На изысканное черное платье она набросила большой кухонный фартук и теперь, когда трагедии удалось избежать, сияла от счастья.

Улыбнулась Лоуренсу, который лежал на продавленной кушетке в стиле ампир и смахивал на полуощипанного петуха. Влажное и липкое тело покрылось гусиной кожей, но боли уже прошли, и им стали овладевать недоумение и гнев.

Люк с Кэмпионом сравнивали свои заметки. Оба были измучены, но у Люка открылось второе дыхание.

— Видите, это была совсем другая жидкость, — его голос просто гудел в ушах Кэмпиона. — Ему подали совсем не то, что остальным. И цвет, и запах другие. Результаты анализа получим завтра утром. Не раньше. Так что придется разбираться без них.

Карандаш его передвинулся по листку и задержался у пометки: «Пострадавший утверждает, что не знает, кто подал ему стакан».

— А как насчет этого?

— Вполне правдоподобно. Он хочет нам помочь, и если бы заметил, то сказал бы, — пояснил Кэмпион. — Он видит все весьма нечетко.

— Я так и думал. — Попытки не нарушить тишину превращали голос Люка в нечто вроде гудения большого шмеля. — Любой старается помочь. Мисс Джессика, Лодж, даже Клития, наш доктор, мистер Джеймс, адвокат Дродж, Рени, актер — все. И никакого толку.

Кэмпион повернулся к доктору, который как раз подал голос:

— Люк, я не хочу утверждать, тем более без анализов, но полагаю, что ему дали нечто большее, чем растительный яд.

Люк задумался.

— Питье было совсем другое, другого цвета…

— Видимо, напиток из трав тоже был ядовит. Пожалуй, он-то Лоуренса и спас, вызвав рвоту. Но я полагаю, что ему дали что-то еще. — Врач заколебался, окинув растерянным взглядом обоих. — Что-то более традиционное, я бы сказал. Он был одновременно и скован, и расслаблен, очень странно… К тому же реакция наступила очень быстро. Может быть, хлорал в очень большой дозе. Не знаю. Конечно, скоро это выяснится. И, кстати, где стакан? Он ведь унес его?

— Сержант Диц забрал. Все вещественные доказательства у него. — Люк, как бульдог, уже вцепился в новую идею. — Опять хиосциамин, доктор?

— О нет, не думаю. Я сразу подумал о нем и проверил симптомы, но не нашел. Буду очень удивлен, если обнаружат хиосциамин.

— Кто-то старался свалить вину на Джессику…

Это заявление, произнесенное сорванным рвотой хриплым голосом, заставило всех повернуться к кушетке. Лоуренс испытующе уставился на них — с влажными волосами и блестящим от пота лицом он напоминал ожившую статую великомученика, только глаза были живыми и умными, как всегда.

— Кто-то старался бросить подозрение на мою сестру, — слова он выговаривал необычайно старательно, словно подозревал, что они не в своем уме или, по крайней мере, глухие. — Хотел сделать из нее козла отпущения.

— Почему вы так считаете?

Люк спросил это с таким интересом, что больной поднялся на локте и несмотря на хрипы постарался говорить громко.

— В моем стакане оказался сухой листок. Я извлек его изо рта после первого глотка — половину стакана выпил залпом, с такого рода напитками это лучший метод, слишком уж они неприятны на вкус, — заявил он настолько серьезно, что никто даже не улыбнулся. — Это был листок цикуты. Классический яд. Я сразу все понял и потому вышел.

— Почему вы уверены, что мисс Джессика ни при чем?

Доктор задал вопрос, прежде чем кто-то сумел ему помешать. Говорил он очень отчетливо, явно считая, что разум Лоуренса был в таком же состоянии, как его тело. Больной в отчаянии закрыл глаза.

— Не настолько она примитивна, — шепнул он, — даже если забыла бы про милосердие. Еще древние греки считали, что цикутой травить неприлично. Она должна это знать. Какой-то невежда пытается всем внушить, что она отравила Рут. Смешно и подло.

Доктор Смит выпятил челюсть.

— Мне кажется, мистер Лоуренс прав, — заметил он. — Я и сам это чувствовал, только не мог четко высказать. Орудует кто-то ловкий, но недостаточно умный. — Он вдруг запнулся. — Другое дело, что я совершенно не понимаю, причем тут оказался юный Даннинг!

— А я была уверена, вы знаете, кто преступник! И что полиция расставила сети.

Они совсем забыли про Рени. Ее вмешательство не только их задело, но и привело в смущение.

— Вы что, хотите сказать, что ничего еще не знаете? — не отставала она. — Что никого сейчас не арестуете? И долго это будет продолжаться?

Доктор кашлянул.

— Если я правильно понимаю, полиция предпринимает определенные шаги, — начал он. — В общем, я полагаю, она намеревалась внезапно… — и умолк на полуслове.

Люк перешел на официальный тон.