Читаем Все в мире поправимо… полностью

Все в мире поправимо…

Поэзия кончается во мне.Я чувствую в душе ее усталость.И в памяти моей на самом днеПоследняя метафора осталась.Наверно, Пушкин прав был, говоря,Что годы нас к суровой прозе клонят.Нелепо для метелей декабряВыращивать гвоздики на балконе.Мир накалился в схватках добела.Он полон боли, гнева и тротила.И Муза от меня не зря ушла —Она свою профессию сменила.

«Гнев не страшен…»

Гнев не страшен.И привычна грусть.Больше смертиСтарости боюсь.Смерть мгновенна.Старость на года.Гнев пройдет.А грусть со мной всегда.

«Мне дорог лес зимой и летом…»

Мне дорог лес зимой и летом.Я не скрываю добрых чувств.Ведь это он рожден поэтом.А я лишь у него учусь.Я слышу – шелестят страницы,Когда листает ветер их.И тишина, как мысль, струится.И каждый лист – как первый стих.

«Не говорю тебе «Прощай!»…»

Не говорю тебе «Прощай!»,Земля Христа, земля Давида…Но есть во мне одна обида,Одна безмерная печаль,Что поздно я пришел сюда,Что лишь на грани жизни долгойВзошла во мне твоя Звезда,Соединяясь с зарей над Волгой.

«Не знаю, сколько мне судьба отмерит…»

Не знаю, сколько мне судьба отмерит,Но если есть в запасе год,Вернусь на озеро Киннерет,Построю там библейский плот.И уплыву на нем в легендуПо той воде, где шел Христос.И красоту возьму в арендуТу, что увидеть довелось.

«Я вспомнил Волгу возле Иордана…»

Я вспомнил Волгу возле Иордана.И это было радостно и странно.И музыка воды во мне звучала,Как будто нас одна волна качала.

«А мудрецы внушали мне…»

А мудрецы внушали мне:«Пишите о таких глубинах,Что у людей всегда в цене.Не о цветах, не о рябинах —О том, что скрыто в глубине…»А я смотрю в глаза твои:Что может глубже быть любви.