Он погасил верхний свет и сел.

— Потрудись объяснить свое шутовство, — сказала Валя, выключив музыку.

Ларик сказал спокойно, тепло:

— Ладно тебе… Просто я хотел попрощаться.

— Ах. В очередной раз. Ты уезжаешь или решил умереть?

— Нет, я не уезжаю и не решил умереть.

— Ты ведь грозился!

— Зачем отягощать твою совесть таким событием. Ведь ты не была бы мне за это благодарна, правда? Хоть память о себе оставить приличную.

— Боюсь, что уже не получится.

— А Игорь твой слабак. Я бы на его месте выставил меня вон.

— Вот потому ты не на его месте.

— Да не хочу я ругаться, — сказал Ларик. — Просто вдруг во мне что-то кончилось. Напрочь исчезло, понимаешь? Ну и захотелось сказать тебе на прощание что-нибудь хорошее…

— Так говори и иди.

— Раздумал. Пусть все хорошее он тебе скажет. Мне было здорово с тобой. Счастливо.

Он распахнул дверь:

— Входите, коллега, мы уже кончили.

Игорь приятно беседовал с родителями.

— Я тебя провожу, — с намеком сказал он, жаждя реванша.

Ларик укоризненно вздохнул:

— Пожалуйста. Только не сейчас — имей уважение к хозяевам. Я пришел сюда не затем, чтобы бить гостей дома. Как меня найти — Валя знает.

Он сделал общий поклон, улыбнулся Вале ободряюще:

— Не сердись. Все будет хорошо, — и удалился.

И еще целый час, добираясь до общежития, он находился в роли: чувствовал себя свободным, сильным, великодушным, преодолевшим свою любовь и муку, оживленно-злым. Ночью уткнулся в подушку, привычные думы и воспоминания нахлынули, размыли волю, он вновь ощутил свою слабость, зависимость, отчаяние, и уже удивился тому, как сумел держаться, и даже не понимал своего недавнего состояния, словно разговор тот вел совсем другой, чужой человек.

После его ухода интонация вечера сломалась. Музыка, полумрак, тихие речи, впечатление сгладилось… Но осталась некая крохотная неловкость, мельчайшее неудобство, душевный дискомфорт. Неприятная царапинка осталась в памяти, мешающая прежней непринужденности.

9. Информация — безусловно основа интуиции

Звягин воспринял доклад Ларика удовлетворенно: «Первый раунд ты выиграл. Следующее: выясни толком, что за человек твой соперник». Армейская закваска сидела в нем прочно: сбор информации, ее анализ и оценка, составление плана действий — и неукоснительное его выполнение; излюбленная метода, иной не признавалось.

— Жаль, что ты не женщина.

— Почему?!

— Женщины обладают удивительным даром узнавать о людях такую подноготную, которую те сами подчас не подозревали.

В Ларике боролись презрение к сплетням и ревность.

— А как?

— Твои проблемы. Сведи знакомство со старушками из его соседей. Найди его одноклассников или однокашников по институту, а еще лучше — однокашниц. Поболтай о нем как бы между прочим с лаборантками и вахтершами в его НИИ. Послушай, что говорят о его родителях — где о родителях, там и о детях. Заготовь себе истории: устраиваешься на работу, или он не отдает тебе долг, или ты беспокоящийся брат его девушки, или он хотел купить у тебя магнитофон, или ты приезжий, познакомился с ним в отпуске и теперь думаешь, можно ли у него остановиться… Сообразишь! И не лезь с назойливыми расспросами — хвали его как бы с сомнением, и тебе все выложат сами: люди обожают позлословить за спиной, особенно о тех, кто на вид удачлив.

Ларик исчез на неделю. Звягин, уподобляясь Наполеону, возведшему в принцип личную проверку всех деталей, отправился в Институт культуры — взглянуть на его избранницу.

Прогремел звонок, хлопнули двери аудиторий, девушки заполнили коридор: он угадал Валю почти сразу. (Хотя описание Ларика напоминало скорее знаменитое: «Ростом она была эдак примерно с ангела».) Светлое скуластое личико, серые ясные глаза с раскосинкой, невысокая фигурка — ужасно складная девочка (тот тихий омут, в котором черти водятся. Самоуверенный Звягин полагал себя крупным физиономистом. Хотя практика подтверждала, что ошибался он и вправду редко).

Игорь, встреченный им в вестибюле своего НИИ, ему, однако, тоже понравился. На вид крепкий, не мелкий, походка уверенная, взгляд прямой и веселый — симпатичный такой смугловатый парень. Возвращаясь домой, Звягин копался в себе, пытаясь определить причину своей к нему неприязни: неужели просто успел влезть в шкуру бедолаги Ларика? Хм — отчасти он уже чувствовал себя Лариком, уже прикидывал на зуб ближайшее будущее, как актер прикидывает новую роль, чувствуя, как маска срастается с кожей.

10. Что думает медицина о несчастных влюбленных

На «скорой» его новая затея обсуждалась оживленно.

— Нет, — неодобрительно сказал Джахадзе, — ты не прав. Есть хороший человек, она хочет за него замуж…

— Ты лучше скажи, откуда у аспиранта машина? — рявкнул Звягин. — Он только жить начал, какая у него стипендия?

— Папа купил, — здраво ответил Джахадзе.

— А станет приличный человек ездить на машине, купленной папой? Молодости стыдно быть преуспевающей! Диссертация по микроклимату микрорайонов — чушь свинячья!.. Папенькин бездельник.

Вошел фельдшер и мрачно стал прислушиваться к разговору.