Судя по всему, она решила во что бы то ни стало заручиться согласием Светы.

– Да в чем дело, говори толком! – всерьез задергалась Света.

– Помнишь, перед каникулами, когда у меня собирались, я рассказывала о Хлопушке.

– Помощнице твоего отчима, которая ушла из сериала? – закончила за нее Света.

Туся кивнула. Света вспоминала, как «рвал и метал» Тусин отчим, Константин Сергеевич Коробов, режиссер молодежного сериала, в котором еще несколько месяцев назад снимались вместе Марк и Туся, когда узнал, что его личная помощница от него уходит. И никуда-нибудь, а виджеем на один из коммерческих каналов. Ей предложили сделать собственную программу, как сейчас принято говорить, реальное шоу, и, конечно же, она ухватилась за это предложение руками и ногами. А КС, как любовно называла отчима Туся, пришлось искать себе новую помощницу, которая держала перед камерой «хлопушку», отвечала за реквизит и выполняла массу всяких поручений. Но при чем здесь Хлопушка? То есть колоритная девушка с красивым именем Серафима, у которой язык без костей, но зато с серебряным пирсингом?

Туся прочитала вопрос в Светиных глазах. Ей даже задавать его вслух не понадобилось.

– Хлопушка будет вести новую развлекательную программу для молодежи под названием «Все решаешь ты», – сообщила Туся и, подумав долю секунды, добавила: – Ну, это типа «Романтического путешествия», только лучше.

– Кто бы сомневался. Ну а я-то здесь при чем?

– Ты как раз очень даже при чем! – взбудораженно откликнулась Туся. – Серафима, вообще-то теперь она не Серафима и не Хлопушка, а Деми. Это я придумала ей такую убойную кликуху, в одной книжке прочитала. – Туся гордо задрала подбородок. – Там у девчонки был ник «Деми». А знаешь, как Деми с французского переводится?

– Нет. Не знаю.

– Половинка. То есть половинка чего-то, в данном случае намек на половинку пары!

– Пары? Какой пары? – заторможенно отозвалась Света, поправив челку. Она всегда ее поправляла, когда начинала нервничать. – Слушай, ты меня совсем запутала, я уже ничего не понимаю.

– Объясняю! Деми-Серафима вскоре запускает первую программу в эфир, и ты станешь в ней главной героиней.

– Я?!

– Не кричи. – Туся заткнула уши, морщась от недовольства. – Оглушила совсем. Можно же удивляться как-то поспокойнее!

– Нет! Я не могу! – Света вытаращила глаза и замахала на Тусю руками. – Не в смысле не могу потише удивляться, это я как раз могу, а в смысле не могу стать героиней. Ну сама подумай, Тусь. Ну какая из меня героиня?

– Замечательная! – не согласилась с ней Туся, ни секунды не раздумывая.

Света недоверчиво покачала головой:

– А почему не ты?

– Да меня на телевидении каждая собака знает. А тут нужно лицо свежее, незамыленное! Мы с Серафимой прикинули и решили, что лучше тебя нам кандидатуры для премьеры не найти! Смотришься ты хорошо, говоришь легко, соображаешь быстро. Ты не хмыкай недоверчиво, лучше послушай, что я тебе расскажу…

Светка еще раздумывала, а Туська уже закусила удила. Информация поступала безудержно быстро, Света не успевала ее переваривать. Еще бы, ведь речь зашла о телевидении…

10

Все представления Светы об этом волшебном, загадочном и таинственном мире перевернулись в тот момент, когда она оказалась в его чреве. Как-то так вышло, что ни Марк, ни Туся никогда особенно не вдавались в подробности закулисной кухни: ну съемка, ну павильоны, ну слепящие, жарко дышащие софиты и вечная суматоха. И когда Света слышала от них «Останкино» или «Шаболовка», ей почему-то всегда представлялась бегущая заставка, что сопровождает девятичасовые новости на первом канале – много света, простора, стеклянные перегородки, разделяющие огромное пространство, вокруг современное оборудование, навороченные пульты, японские кондиционеры, кожаная мебель и люди. Много-много людей. Все, кто в кадре, исключительно в одежде от кутюр. В общем, фантасмагория, где чудеса творятся по мановению волшебной палочки какого-то невидимого могущественного мага.

В жизни все оказалось намного проще, Света сказала бы, приземленнее. Нет, насчет чудес тут все без обмана! Это всегда пожалуйста, в неограниченном количестве, типа ток-шоу, российских мыльных опер, репортажей из горячих точек, редких персон, которых на улице не увидишь, вроде Владимира Вольфовича Жириновского, Максима Галкина. Коробова Константина Сергеевича в этих стенах тоже хватало. А вот все остальное – это как посмотреть!

Помещения не такие уж большие, светлые и чистые, оборудование не такое уж совершенное, декорации в основном бутафория из фанеры, с реквизитом вечные проблемы, но главное, конечно же, народ, превращающий всю эту чехарду в сказочную феерию. Выяснилось, что телевизионщики – народ особенный. Все время куда-то спешат, что-то друг другу доказывают, в короткие перерывы с сигаретой в зубах байки травят, прячась от вездесущего пожарника. Самые спокойные из них, пожалуй, костюмеры и гримеры.