Читаем Все о самбо полностью

Многое сделал для становления самбо Анатолий Аркадьевич Харлампиев – ученик В.С. Ощепкова. Его отец, А.Г. Харлампиев, был заведующим кафедрой тяжелой атлетики (борьба, бокс, дзюудо, штанга). Предвидя предстоящую борьбу за место преподавателя в открывающемся отделении борьбы дзюудо при Высшей Тренерской школе ГЦИФК, Василий Сергеевич за год до выпуска прикрепил для прохождения производственной практики студента Анатолия Харлампиева к созданной им секции при ДФК «Крылья Советов», хорошо обеспеченной материально и прекрасно укомплектованной. В комиссии по распределению выпускников 1936 года на вопрос, почему тов. Ощепков рекомендует Харлампиева в низовой заводской коллектив, Василий Сергеевич ответил: «Для низового коллектива на данном этапе развития дзюудо будет полезен наставник с хорошими организаторскими способностями, а они у Харлампиева есть. Он получает место тренера в лучшем по стране ДФК, укомплектованном настоящими любителями дзюудо, с прекрасным залом борьбы, оборудованным по всем правилам». Вскоре А.А. Харлампиев, у которого, и в самом деле, были прекрасные организаторские способности, был избран председателем Московской городской секции дзюудо. Как раз в это время В.С. Ощепков был занят подготовкой к изданию правил соревнований, комплексов для разрядных нормативов, пособия по вольной борьбе дзюудо и рукопашному бою, которое должно было выйти осенью 1937 года. Как-то с занимающимися у него в ДФК Андреем Будзинским и Анатолием Неведомским в начале сентября А.А. Харлампиев навестил приболевшего учителя. Пока Василий Сергеевич подбирал фото, Будзинский рисовал бросок «Мельница» (он и изображен на обложке 4-го и всех последующих изданий книги А.А. Харлампиева «Борьба самбо». – Прим. Г.З.). Харлампиев с Неведомским знакомились с рукописью книги «Борьба вольного стиля дзюудо», которая должна была обсуждаться на заседании Всесоюзной секции дзюудо (в октябре) и сдаваться в издательство. После ареста Василия Сергеевича весь его архив, в том числе рукопись книги, большое количество специальной литературы по дзюудо и джиу-джитсу на японском и английском языках, оказался у А.А. Харлампиева и надо сказать, Анатолий Аркадьевич использовал их со стопроцентной пользой для развития нашего вида спорта. В восьмидесятых – девяностых годах прошлого столетия не утихали споры о том, кто создал САМБО. Ученики и последователи В.С. Ощепкова утверждали, что А.А. Харлампиев воспользовался наработками учителя и издал книги за своим именем, чего не должен был делать, присвоив себе право называться создателем системы, в чем ему помогли ничего не знавшие о самбо журналисты. Ученики Анатолия Аркадьевича возражали (и довольно убедительно), что он спас архивы учителя и мало того, что не дал погибнуть замечательной системе самообороны и физического воспитания, но и со своими учениками углубил и значительно дополнил ее. Споры эти разгорелись уже после смерти А.А. Харлампиева и сегодня раздаются голоса, что они уже не имеют принципиального значения. Ведь наш вид спорта сегодня назван национальным и это результат огромного труда многих тренеров и спортсменов. Но во времена репрессий упоминание о том, что борьба вольного стиля связана с именем Ощепкова, могло стоить свободы, а может быть и самой жизни. Новая борьба становилась все более популярней, а говорить правду о том, откуда она взялась, было опасно. Можно было стать пособником «врага народа», а это даром не проходило никому. Из этого затруднительного положения быстрее всех нашел выход лидер московских дзюудоистов. В своем докладе на ученом совете ГЦИФК 08.06.37 он сказал: «Вольная борьба дзюудо имеет много общего с национальными видами борьбы многих республик СССР и способствует подъему и развитию этих видов борьбы…» Поскольку новая борьба имела много общего с национальными видами борьбы, значит, она была составлена из отдельных приемов этих видов. Эта остроумная идея была выдержана в хорошем политическом стиле: СССР – страна многонациональная. Все народы живут единой, дружной семьей, в которой все общее: традиции, культура, борьба вольного стиля…