Когда игрока удаляют, он уходит в подтрибунное помещение и просто ждет развития событий. В это время он не знает, что происходит на поле, а его команда остается в меньшинстве и, конечно, пропустить в такой ситуации гол довольно просто. Особенно, если остается время в запасе. Я сижу как на иголках, комментирую матч, страшно переживаю. Если мы проиграем, то все свалят на Андрея, во всем обвинят только его.

– Все. Выиграли. Свисток. И хорваты выиграли. Мы на Евро. Что случилось?

– Я ударил игрока, меня удалили, я не выдержал, он меня провоцировал, я не выдержал, Масянь.

Я понимаю, что Андрей из-за дурацкой несдержанности может вообще никуда не поехать, и Евро для него закончится, не начавшись. После красной карточки футболиста могут дисквалифицировать на 1, 2, 3 и сколько угодно матчей. Все решает комиссия, опираясь на тяжесть проступка.

Дальше для нас началось мучительное время. Период длительного ожидания, который, мне казалось, никогда не кончится. На Андрея было страшно смотреть, и на меня тоже. Все говорят, что я сейчас сильная, но тогда я была сильнее. Сегодня я имею право психануть и все послать. Я отвечаю сама за себя. Я сильная только для себя. Тогда мне нужно было быть сильной для двоих, что гораздо тяжелее. Переживая самой, мне приходилось успокаивать и его, делать вид, что все будет хорошо. Представьте, у меня самой мурашки и ледяной пот в три ручья по спине, внутри холод, но ему этого показывать нельзя, для него надо быть спокойной и уверенной в завтрашнем дне, чтобы не накручивать человека еще сильнее. И вот я лучезарно улыбаюсь, и ему становится лучше, а самой мне где брать силы для этого? Иногда казалось, что я просто скоро перегорю как лампочка.

В конце концов Андрей узнал, что пропустит два матча. Но и это еще не было окончанием наших мучений. Следующие игры – это уже Евро. На тот момент команда была с хорошим запасом игроков. Тренер мог взять Андрея, несмотря на то, что он войдет только в третий матч, а мог взять других игроков и вообще не вызвать Аршавина в сборную. Все зависело только от Гуса Хиддинка. Почему-то он поверил, что Андрей будет нужен. В душе я буду всегда ему за это благодарна. А сам Андрей, пропустив две игры в группе, вышел на поле в третьем матче. Он рвал, рвал, рвал, сделав возможным для России выход из группы в плей-офф. Как мог, так и сказал Хиддинку свое спасибо – за тот период ожидания он многое понял.

В итоге Андрей сыграл так, что попал в символическую сборную чемпионата Европы. О нем говорил Зидан, о нем говорили все. «Барселона», и не только она, сделала ему предложение. То, за чем он поехал в Европу, он получил и неважно, сколько матчей в итоге сыграно – сыграл он по максимуму.

Достиг бы он такого, не будь этой дисквалификации? Эта ситуация поставила Андрея на место и очень встряхнула. Тем не менее у него хватило сил подняться и выложиться по полной.

Главная звезда кубка УЕФА

Я уже говорила, что все наше существование подчинялось законам и графикам футбола. У нас были свои собственные приметы. Так, в день игры мы никогда не разговаривали и даже не переписывались. Традиция появилась еще в 2003 году, и вплоть до 2008 мы никогда ее не нарушали.

А, нет! Был один раз, когда мы начали встречаться с Андреем. До знакомства со мной он встречался с девушкой. Даша – молоденькая девочка из очень обеспеченной семьи с папой при правительстве. Как она себя вела? Соответствующе. Несмотря на то, что они расстались, Даша регулярно звонила Андрею, делала вид, что меня не существует, звала его на свои праздники. Периодически он соглашался, хотя мне, конечно, это не нравилось. В какой-то момент мне показалось, что это выглядит как игра и что таким образом он просто старается меня разозлить. Как только я перестала обращать внимания, все встречи и походы к Даше прекратились.

Но не об этом. Я должна была встретить Андрея с самолета после выездного матча и поехала к маме в Автово – оттуда было ближе до аэропорта. У меня выезд на проспект Стачек, горит зеленый, я поворачиваю и вижу машину, летящую на меня по встречке. Проспект Стачек – это дорога, которую любят всякие важные люди, чтобы быстро добраться до аэропорта. И вот какая-то большая шишка ехала по встречке, объезжая пробку и врезалась в меня. От удара мой автомобиль закрутило, и последнее, что я помню, как моя машина летит в «Оку» и мысль: «Сколько человек там внутри, сколько будет трупов?»

Пришла в себя с той же мыслью. В забитой людьми «Оке» оказались все живы, благодарение Богу, да и я сама цела, но в шоке. При этом со мной что-то пытается выяснить водитель той блатной машины – хозяин даже не вышел. Следом приехала милиция, начала давить, что я виновата…

На тот момент «Зенит» не проигрывал 23 или 24 матча подряд. Конечно, все это время мы соблюдали нашу традицию, и я не звонила и не писала Андрею перед игрой. Но тут у меня сдали нервы. Я набрала номер.

– Я попала в аварию.

– Как, что случилось, ты цела?

– Да, но тут странные люди, говорят, что я попала на какую-то большую шишку.

Пауза.

– Ты что, на проспекте Стачек?