Читаем Все игрушки войны полностью

– Будет наивысшим милосердием. – Он шипяще выдохнул. – Вы сожалеете? Вы потрясены? Вы ни черта не знаете о настоящей скорби. – Он почти прошипел. – Для драконов это трагедия, которая войдет в историю. Худший извращённый кошмар, геноцид, который устроили ваши цивилизованные и гуманные предки.

* * *

Люди согласились, у них не было выбора. Прилетевшие драконы были совсем не чета тем, что были известны людям, так что даже те, кто кривил лица в презрении, не желая преодолеть привычные устои, забыли в тот момент о своих предрассудках.

Не животные.

В воздухе висела печаль. Даже не так. ПЕЧАЛЬ. Драконы скорбели, и их эмоции пронизывали воздух. Большая часть «детей» была потеряна для реабилитации, и было решено оказать им милосердие на земле, что их породила, прибывшие драконы не желали переносить этот груз на свои земли.

– Поздравляю, некоторые из вас смогли добиться ненависти драконов, редкое достижение, – тонко улыбнулся Он. – Радуйтесь, что взрослые драконы понимают, что это не ваша вина, и потому вас не тронут. Они помогут, как обещали, потому что это в их интересах, но после… более не один дракон не коснется вашего неба, оно станет проклятым местом для них – тихо произнес Он. – Ни один из ваших потомков не удостоится преданной любви драконьего сердца.

* * *

Война не ждала, и Он стремительно шел к дверям.

Люди догнали Его у самых дверей.

– Постой!

– Мы поможем…

– Просто скажи…

– Оставайтесь тут, – оборвал Он все речи.

– Но ты же один!

– Я не один. Это вы одни, – непонятно усмехнулся Он в ответ.

– Оставим эту лирику, – поморщился Предводитель. – Мы уже поняли, ты зол, но говоря реально, ты один, хотя и с небольшой армией рептилий… как ты будешь руководить? Кто прикроет спину? Как…

Смех, искренний… и взгляд полный эмоций, снисхождение и почти жалость.

– Глупые… – впервые Он назвал их так, и губы скривились. – Оставайтесь на земле, и смотрите, как в небесах сражаются боги.

Ничего не изменилось с тех пор, вы так и остались в пещерах, просто ваши пещеры стали чуть комфортабельнее…

И люди смотрели, как Он мягко ступил на подставленное крыло, и взбежав по нему, сел между шипов высокого гребня, а после драконы поднялись в небо.

В небе мелькали вспышки и всполохи огня, рев драконов напоминал гром. Где-то рухнуло массивное тело, разрушая одну из крепостных стен. Вот приземлился раненный дракон, волоча хвост, а следом сверху обрушился другой, придавливая его тяжелой лапой за длинную шею, из горла вырвался клокочущий звук…

Воздух пропах озоном и огнем, ветер трепал свои и чужие знамена.

А после крик ярости слышный даже с небес.

И лишь потом они разглядели… почти вросший ошейник на шее самого большого чужого дракона, с почти черной чешуей, рабские знаки. Полубезумный взгляд золотых глаз с вертикальным зрачком полоснул почти физической болью, а после их разделили другие.

* * *

В небольшом зале крушилась мебель.

– Как… как смогли… как они посмели… пленить Старшего… и как давно… почему никто не знал, не уважал его старость? – Его ярость трясла стены не хуже вражеских орудий и все ждали, когда Он выдохнется.

* * *

Новая битва, драконы взлетают в каком-то мрачном настроении, на сердце тяжело, но решение принято, и когда черный дракон попадает в поле зрения, Он произносит всего одно слово.

– Убить.

Люди знали, что черный дракон, вожак вражеских драконов, и когда он падает вниз, погребая под собой пару низких построек, все еще полуживой, они, быстро беря себя в руки, бегут к нему с оружием наперевес, чтобы не упустить момент, ведь второго шанса может не быть, это правильно… Клинки вспарывают плоть, черный дракон ревет, из ран хлещет горячая кровь, его всадник дергает поводья, кричит приказы.

А в следующий момент приземляется сразу несколько «своих» драконов, в том числе главный, на котором сидит Он.

– Прочь от него! – повелительный крик Его ярости.

Люди в недоумении останавливаются, не понимая, что

послужило причиной Его недовольства, ведь они били врага.

– Вы уже достаточно сделали, – в Его голосе гнев и горечь. – Прочь! Вы здесь не нужны.

Он сам убивает всадника, а после вместе со своими драконами спешно уничтожает рабские знаки, когти срывают заржавевшие оковы с умирающего дракона, раня его еще больше, но выбора нет, и они спешат.

Успеть, успеть…

И наконец, черный свободен.

– Лети… – шепчет Он, глядя в затуманенные глаза.

Пожалуйста… лети же…

Драконы подходят к поверженному дракону, помогают привстать, поддерживая по бокам.

В небе остатки битвы, но это не важно, на поле тишина, Он до боли сжимает пальцы, почти не дыша, стоя в стороне. Это дело драконов, Он может лишь наблюдать.

И наконец, из последних сил, щедро орошая землю своей кровью, черный дракон взлетает, тяжелые махи крыльев, выше., еще выше… Остальные взлетают вслед за ним, но держась на расстоянии.

Черный дракон превращается в далекую точку, еще выше и выше, пока не становится невидимым для наблюдателей.