Жуткая грязь, холод и антисанитария отнюдь не способствовали отдыху после трудного дня. Вот так – в настоящих бомжатниках – жили люди, хочется еще раз напомнить, производившие половину всей взрывчатки для боеприпасов Красной Армии. Другая же половина поставлялась американскими рабочими, жившими неизмеримо лучше.

Городские столовые, в которых питались жители, тоже не радовали посетителей чистотой и уютом. Наоборот, в них царила полная антисанитария, и было однообразное меню с полным отсутствием мясных блюд. Из-за нехватки мебели, люди ели стоя или сидя на ящиках. Очереди периодически перерастали в давки с мордобоем.

В Дзержинске то и дело гремели взрывы и шли похороны очередных погибших рабочих. В октябре 1941 г. вследствие стахановской работы взлетел на воздух цех № 3 на заводе № 96, где выпускался иприт. Разнесло половину корпуса, и погибли десятки людей. На восстановление здания в духе времени согнали пожилых крестьян из окрестных деревень, которые безо всякой спецодежды, голыми руками разбирали завалы и восстанавливали производство.

В феврале 1942 г. на заводе «Ява» вследствие постоянных аварий полностью вышел из строя цех № 2, а 3 марта он вообще взлетел на воздух. На заводе им. Свердлова только с декабря 1942 г. по май 1943 г. произошла целая серия взрывов, в результате которых погибло, по официальным данным, 129 человек, а сотни других получили ранения. Завод № 80 «поздравил» дзержинцев с Новым 43-м годом мощным взрывом, последствия которого затем устраняли полгода.

О состоянии экологии в годы войны, естественно, никто не думал. Никаких очистных сооружений не существовало, посему дзержинские заводы тоннами сливали кислоту, аммиак и другие отходы в лучшем случае в окрестные овраги и озера, в худшем – прямо в реку Оку, щедро «угощая» ими жителей лежащих вниз по течению городов.

Не лучше обстояли дела и на многих других заводах. Советская историография и пропаганда твердили только о выполнении и перевыполнении планов заводами в годы войны. Реальные же факты показывают, что зачастую эти планы не только не выполнялись, но и вообще срывались производителями. Так, предприятия города Саратова в конце 1941-го – начале 1942 г., в период решающих боев под Москвой, полностью провалили выпуск гранат и мин для Красной Армии.

Проверки, проведенные органами НКВД, выявили многочисленные нарушения технологического процесса, факты обмана вышестоящих инстанций директорами заводов, приписок и грубых искажений отчетности, а также бесхозяйственности и халатности должностных лиц, ответственных за выполнение оборонных заданий. В итоге в первую декаду января на фронт поступил только 1 % от запланированного количества мин и 30 % положенного числа снарядов. За весь месяц план по производству мин был выполнен всего на 2,7 %, а февральский вообще был сорван. Из запланированных 316 вагонов боеприпасов из Саратова на фронт не поступило ни одного!

Особенно отличилось руководство завода № 250. Там из-за нарушений технологии производства и трудовой дисциплины выпуск 45-мм снарядов и ручных гранат Ф-1 был провален. Но лозунг «Все для фронта, все для победы!» надо было как-то воплощать в жизнь. Тогда заводское начальство просто приписало в отчет 10 000 якобы выпущенных гранат и 6000 таких же виртуальных снарядов.

На соседнем, эвакуированном из Москвы, заводе боеприпасов № 205 широкое распространение получило пьянство, необеспеченность рабочих инструментом и материалами и другие негативнее явления. В итоге задание по выпуску ракетных снарядов для «Катюш» там тоже было сорвано.[323]

Глава 3

Начало войны

«Ройте, ройте, голубчики, себе могилки»

22 июня 1941 г. – день, которого и ждали и не ждали. Это потом в советских фильмах и художественных произведениях весть о начале войны с нацистской Германией будет изображаться как «гром среди ясного неба», а в книгах про «мирное социалистическое строительство» появятся заголовки типа «оборвалось внезапно». На самом деле, несмотря на неистовство сталинской пропагандистской машины, убеждавшей народ, что войны не будет и «все это слухи, распространяемые империалистами», люди за годы советской власти научились распознавать сигналы сверху и читать между строк. Если партия из всех труб трубит, что все хорошо, значит, где-то у нас провал и кризис. Если на каждом углу орут, что войны не будет, значит, запасай соль и спички.

О приближении войны знали и к ней готовились. Характерный пример: записи в личном дневнике профессора Николая Добротвора[324] – интереснейшем документе времен войны:

«19 июня. Четверг. Горький.