О, конечно же! Видимо, названный отец спал и видел Мэренн женой спокойного Антэйна, а не супругой короля Благого мира, любовь к которому подобна отсроченной смерти. Никто не знал о его прежнем имени, но слухи ходили самые жуткие и невероятные. Да и фамильное проклятие королевской семьи «вы не убережете своих женщин» отпугивало многих.

— Он успокоится и все поймет, — тихо произнес Антэйн, а Мэренн посмотрела на него с признательностью. И пожала руку! Майлгуир сцепил зубы, чтобы не зарычать и не сверкнуть глазами, как невыдержанный щенок.

Мэренн плавным движением приблизилась к Майлгуиру, шепнула «люблю», а из глубины холодных серо-зеленых глаз повеяло теплом.

— Хм, — покашлял, привлекая внимание, Антэйн. — А еще отец Мэренн беспокоился о своем друге.

— Ну-ка, ну-ка, — заинтересовался Майлгуир.

— Кайсинн никак не подходит, они с Гердис образцовая пара… — сухо начал Лагун.

— Очень даже подходит, — остановил его жестом Майлгуир. — Второй волк должен нести два проклятия и, видимо, любить кого-то другого. Он должен быть совсем плох. Странно, что вы этого не заметили, — укорил Майлгуир Лагуна и кивнул Антэйну: — Говори все, что знаешь!

— Кайсинн не подавал рапорта ни о нездоровье, ни о замене на посту, — в сторону обронил начальник стражи Укрывища.

— Это понятно, — остановил его Майлгуир, но Антэйну не дала продолжить Мэренн:

— Что случилось?

Заглядывала в глаза тревожно. Майлгуир вздохнул и спросил сначала Антэйна:

— Почему забота о Кайсинне привлекла твое внимание?

— Потому что, я думаю, сейчас важно все. Мэренн не знает… — теперь молодой волк отвел глаза.

— Да что тут творится? — не удержалась Мэренн.

— Где можно найти Кайсинна? — спросил Майлгуир у Лагуна. — И где его дом?

— Пересменка в доме стражи, — нехотя ответил тот. — А живет он на другой стороне Колыбели.

Колыбель, лазурное озеро посреди долины, быстро не объехать. Другой берег казался не таким уж далеким, но лиги две до него точно было. А уж в объезд и все десять будет.

— Кранхайл, мой король, — подсказал Антэйн, и Майлгуир еле вспомнил, что так называлось почти не применяемое благими волками средство передвижения по воде. Вроде бы сначала мастерят каркас из тонких деревяшек, затем покрывают выдубленными шкурами, а затем — просмаливают. У неблагих есть даже мачты, но волки ходили только на веслах.

— Это быстрее, чем в объезд, — произнес Антэйн. — Да и внутри Укрывища лошадей почти не найти. А в сторожке охраны я Кайсинна не видел, нет ни следа его, ни запаха.

— Меня обязали только рассказать вам все, но никак не… — начал Лагун.

— Кранхайл. Немедленно, — процедил Майлгуир, и начальник стражи поклонился. — Вернется Мэллин — пусть ждет здесь.

— О, боюсь, что я не смогу удержать нашего принца, — развел руками Лагун.

— Вам и не надо. Просто предупредите его, что мы скоро вернемся.

— Ка-а-ак? — раздался звонкий голос раньше Мэллина. — И пропустить все веселье? Куда это ты собрался без меня, братец, а?

Мэренн ждала ответа, Антэйн что-то определенно скрывал, Лагун был озадачен и недоволен, Гранья задыхалась от муки в своих покоях, а Ллвид с важным видом спешил за принцем, которого теперь оставить на берегу не представлялось возможным. Майлгуир еще и сам не знал, что он будет делать с Кайсинном, но найти его стало первоочередной задачей. И он оповестил Ллвида:

— Мы едем на ту сторону Колыбели.

<p>Глава 11. Особенности благой воды</p>

Майлгуир предоставил Антэйну самому договариваться о кранхайле, отвел настороженную Мэренн к берегу. Солнце еще больше спряталось за тучи, свинцовая вода внушала смутную тревогу.

Выпытывание всех знаний, что касаются самой жертвы, может обернуться тем же, что и для Граньи — судорогами, удушьем и, не приведи старые боги, смертью. Поэтому Майлгуир начал издалека:

— Дорогая супруга, подскажи, когда ты последний раз видела дочь старейшины?

— Гранью? — недоумённо спросила Мэренн. Поправила капюшон, отороченный серебристым мехом. — Как раз когда… — она запнулась, словно не хотела или не могла говорить.

— Как раз когда ты ходила к друидам, так? Ты, верно, попросила не только Хранителя, но и подругу сопроводить тебя?

— Верно. Она подождала меня, а потом пропала. Я решила, что… — Мэренн прикусила вишневую губу.

— Что она испугалась? — Она мотнула головой. — Что сделанное тобой не слишком соответствует поведению волчицы Укрывища и может уронить честь дочери Ллвида?

Мэренн молчала, но было понятно, что так и подумала.

— А потом? — спросил Майлгуир.

— Потом — Укрывище. Хоть я и не помнила, как оказалась здесь. Показалось, с тобой беда… Затем я поняла, что это не ты, а Антэйн, — гневно произнесла она и обернулась к молодому волку, смерив его взглядом. — Пусть он и был в твоем обличье!

— Как узнала? — напряженно улыбнулся Майлгуир.

— Тебя не спутать ни с кем. И еще ты пахнешь… — опустила глаза Мэренн.

— Как? — заинтересовался король.

— Горечью хвои и терпкостью дуба. И немного, совсем немного — розами.

Непривычно. Странно. Маняще. Майлгуир поднял подборок Мэренн и очень осторожно коснулся губ.

Но, несмотря на поцелуй, Мэренн не забыла про подругу.