— Мэренн воспользовалась своим правом просить о годичном браке во имя любви. Да, я знаю, что королям это не предлагают! — увидел король открывшего рот советника. — Но я готов подтвердить это своим Словом. Книга Семей поддержит подобный союз?!

— Камень покажет, мой король.

Владыка сжал губы, раздул ноздри, словно и хотел, и не хотел происходящего; подтолкнул волчицу, и та, подойдя к распахнутой советником книге, произнесла:

— Я люблю вас всем своим сердцем! Пусть ваш дом будет моим домом, а ваше небо — моим небом…

— Я подтверждаю это своим Словом. Мэренн — жена мне, пока бессмертие не разлучит нас.

Волчица вздрогнула, услышав полную, а не годичную формулировку, словно хотела убрать ладонь с лунного овального кругляша на фолианте, но король, шагнув вперед, припечатал ее руку — и камень загорелся белым огнем, кидая яркие лучи сквозь перекрещенные пальцы.

— Дом Волка подтверждает этот брак, — произнес советник. — Мой король, вам надо бы представить вашу супругу Благому Двору…

— После праздника! — рыкнул сердитый и раздосадованный король.

— Примите мои поздравления в этот знаменательный день, мой ко…

— Вон!

Мэренн вздрогнула, опустилась на постель, закрыв ладонями лицо. Джаред вздохнул, сложил книгу, поклонился и пошел к выходу. У самой двери советник обернулся и не смог сдержать радости — Майлгуир опустился перед женой на колено, отвел руки от лица, поцеловал ладони и что-то сказал, отчего Мэренн изумленно улыбнулась, вспыхнула и похорошела еще больше.

<p>Глава 3. Смертельно прекрасные крокусы</p>

— Жена, — прошептал Майлгуир, отодвигая от лица Мэренн тонкие ледяные пальцы.

Коснулся губами её ладоней: сначала левой, потом правой, дождался, пока ток крови разогреет их, и лишь потом вновь посмотрел на Мэренн. Она тихо обронила:

— Зачем ты это сделал, ну зачем?!

Майлгуир неожиданно для себя опустил взгляд, ибо внятно объяснить, зачем он это сделал, было невозможно.

— Ты ведь был уверен, Книга не одобрит, а теперь… Теперь я навязалась тебе… Пусть ненадолго, — беззвучно договорила она одними губами.

Ждёт, что король откажется от навязанной жены? Если и да, то не сейчас.

— А чего же ты просила на этот Лугнасад?

— Вас, мой король. Я хотела быть с вами, быть вашей… хоть раз! Сколько бы я не клала клевер с лавандой под подушку — на Самхейн мне снились только вы!

— Значит, ты получила то, что просила у судьбы. И даже больше.

Мэренн вздрогнула. Дознаться бы, в чем причина, но уж больно расстроена.

— Я очень стар, Мэренн. Не страшно?

— Нет! А вам?

— «Тебе», моя супруга. Я же растерял страх очень давно.

Сердце кольнуло неверным словом. В чем дело? Владыка Благого двора нахмурился: за себя страха и правда не было давно, но только что родился ещё один, и вовсе не за себя.

Рассветный луч упал на лицо Мэренн, погладил щеки, подсветил еловой зеленью заплаканные глаза, припухшие веки, и Майлгуир решился.

— В седле держаться умеешь?

— Я выросла в конюшне, — послушно и без тени вызова ответила Мэренн.

— Джаред! — призвал советника Майлгуир, будучи уверен: тот далеко не ушел.

Советник и правда сразу показался в дверях.

— Прикажи седлать Веснушку и Грома.

— Уже распорядился. В сундуке — мужское белье для нашей королевы, в конюшнях все готово. Не соизволите сказать, куда направитесь?

— Соизволю. К Угрюму, — буркнул Майлгуир.

Джаред поджал губы, но промолчал и вышел.

Мэренн начала снимать серебристую камизу и бросила на него умоляющий взгляд. Майлгуир ожег ее глазами и отвернулся, решив облечь в слова свой порыв.

— С левой стороны Черных гор, если смотреть на них от цитадели, слева от перевала есть два высоких пика. У их отрогов обитает крайне интересный волк. Он редко когда покидает свой дом. Живет он один, и у него, пожалуй, самые жаркие бани Светлых земель. Кстати, лечебные. Моя королева согласна посетить их?

— Как будет угодно моему королю. Я готова.

Очень быстро! Майлгуир оглянулся. Худышка Мэренн в мужской одежде выглядела невыносимо очаровательно. Впрочем, не такая уж и худышка, решил Майлгуир, оглядывая ее. Широкий пояс подхватывал узкую талию, ботфорты до середины бедра удлиняли стройные ноги, обтянутые черным шелком, кружево рубашки проглядывало из рукавов дублета, а толстая коса была плотно уложена на затылке. Но круглились ягодицы и грудь, и Майлгуир еле сдержал желание немедленно сорвать с Мэренн всю одежду. Она под его взглядом покраснела, но глаз не опустила.

Майлгуир протянул руку — и они поспешили в конюшни.

Из ниши, словно тень, появился знакомый молодой волк. Склонился перед королем и уходить с дороги не собирался. Мэренн умоляюще посмотрела на Майлгуира и шепнула:

— Разреши ответить мне!

Майлгуир выдохнул, сверкнул глазами и отошел к парапету. Слышно ему было прекрасно и отсюда.

— Антэйн, что это значит?

— Я должен поговорить с тобой.

— О чем? Что ты вообще тут делаешь? — оскорбительно холодно произнесла Мэренн.

— Я видел советника. И видел, что он выносил из королевской спальни.

— Антэйн, я уважаю тебя. Поэтому прошу, во имя пресветлого Луга, займись лучше своей спальней.

— Именно ей я и пытался заняться, — с горечью произнес молодой волк.