Читаем Все будет Украина! полностью

...Вчера наши поселковые шахты 63, пос. Александровка, пос. Васильевский, село Панченково, город Червонопартизанск, село Зимовники, сел. Зеленополье, пос Дьяково, сел. Бирюково и КПП “Должанский” Луганской области подверглись массированной атаке со стороны террористов. Применялись крупнокалиберные пулеметы, минометы, ГРАДы.

Результаты “защиты населения от хунты” Свердловский район — более 50 раненных (жители г. Червонопартизанск, Александровка, Зимовники, Бирюково), погибших — 19 человек. Пятеро — шахтеры, в автобус которых попал снаряд. Пострадавших много, так как не было сирен, обстрел велся из не вызывающей подозрения техники (не военной). Разрушены газораспределительная станция, линии электропередач, снаряд попал в школу-интернат для детей с нарушением слуха (в школе никого не было) — Червонопартизанск. Разрушены дома поселка Бирюково, который просто обстреляли, целясь по домам жителей (в поселке стоят украинские войска).

В больницы поступает много раненных, так что количество, еще не установлено полностью. Во время обстрела (который был просто огневым прикрытием) на территорию Украины зашла большая колонна военной техники из России.

Террористы использовали обстрел территории городов для отвлекающего маневра захода техники. Могут ли так поступать те, кто родился и вырос в этом городе, на этих улицах? — да, если они ненавидят соседей так же, как и свою страну. Могут ли так поступать те, кто никогда не жил в этом городе? — да, так как они получают за это деньги в банках России.

Местное население подрывается на минах. Люди мирные, привыкли работать в поле, косить... не привыкнуть, что поля — минные ловушки: селяне подорвались на мине. Сегодня целый день слезы, шахтеры и просто люди, сдают кровь, разбирают завалы.

Мне нечего сказать Украине. Кроме того, что делали это те, кто ни разу не заскулил, не обвинял, ни показывал свою политическую грамотность и всезнайство. Те, кто обвинял и все знал, кто и в чем виноват и как делать, просто глазели и комментировали. Это уже даже не Граждане, это уже даже не Человеки, а так, людь ...Человеки и Граждане стояли в очереди в больницу, и сдав кровь, сцепив зубы шли на смену за тех, кто погиб. Над КПП “Червонопартизанский” український прапор, над городами — нет. В отделе ЧС на звонки жителей — куда бежать и где бомбоубежище отвечали — не знаем, спросите у тех, кто бомбит, они же власть. Да, и мэр Свердловска, если что, в отпуске, на всякий случай. О помощи пострадавшим и восстановлении домов, власть, ехидно, посылает к хунте. А люди уже говорят, что это не сепаратизм, не терроризм, а война. Простите, что быстро не могу писать или отвечать на коменты, письма, по банальной причине — координация работы чередуется с отсидкой в подвалах, слезами и оцепенением... Остальное скажут сводки.

Боль

Словно наплывающая магма, каменея, боль застывает в душе или сама душа застывает от боли, не знаю. Разницы в этом нет. Боль имеет свойство каменеть. Она наплывает волнами и застывает, превращаясь в камень. И тогда, душа становится похожей, на застывшие каменные волны. Думаю, что в разрезе душа, каждого из нас похожа на годичные кольца дерева, только на дереве кольца от возраста, а на душе — застывшие волны от боли, предательства, страха, потерь. А теперь еще и от войны.

Раньше у каждого из нас были свои зарубки, свои кольца памяти, личные. Вот это — от предательства близкого человека, это — от подлости друга, это — любовь прогулялась, вымучив и заставив сжаться... да мало ли какие зазубринки оставляла жизнь.

Теперь у нас общие волны окаменевшей боли, оставившие зазубринки на нашей душе, истории, памяти, нации. Они отпечатались глубоко, на нашем генном коде, спаяв нас в единую базальтовую глыбу. Теперь нет личного, есть боль народа, страны, теряющей сыновей, есть боль людей, теряющих дом. Вряд ли мы когда нибудь забудем Небесную Сотню, Ил-76, Зеленополье, Волноваху, Славянск, Луганск, Донецк... и еще десятки изуродованных заботой “нашихребят” городов, вряд ли мы забудем предательство политиков, предательство жителей, называвших себя гражданами, предательство соседской страны, называющей себя братским, славянским народом.....

Украина — это открытая, светлая, как вышитый рушничок душа, веселая, мирная, хлебосольная, песенная, приветливая, солнечная... Сделают ли эти волны, окаменевшей боли ее жестче, вряд ли. Сильнее, да! 

Боль впечатывает каждого из нас в монолитный кулак, загибает нас в этот кулак, как пальцы, но не сгибает, сплетает, как лозы, но не ломает. Мы просто не умели воевать. Мы умели любить, петь, сеять, добывать уголь, плавить металл, но не умели убивать. У нас не было врага и не было необходимости сжимать кулак. Нас ударили в спину, предав, и мы, развернувшись, глядя в глаза предающим, подставляли под очередной удар щеки, уговаривая и пытаясь образумить.

Перейти на страницу:

Похожие книги

60-я параллель
60-я параллель

«Шестидесятая параллель» как бы продолжает уже известный нашему читателю роман «Пулковский меридиан», рассказывая о событиях Великой Отечественной войны и об обороне Ленинграда в период от начала войны до весны 1942 года.Многие герои «Пулковского меридиана» перешли в «Шестидесятую параллель», но рядом с ними действуют и другие, новые герои — бойцы Советской Армии и Флота, партизаны, рядовые ленинградцы — защитники родного города.События «Шестидесятой параллели» развертываются в Ленинграде, на фронтах, на берегах Финского залива, в тылах противника под Лугой — там же, где 22 года тому назад развертывались события «Пулковского меридиана».Много героических эпизодов и интересных приключений найдет читатель в этом новом романе.

Георгий Николаевич Караев , Лев Васильевич Успенский

Проза / Проза о войне / Военная проза / Детская проза / Книги Для Детей
Струна времени. Военные истории
Струна времени. Военные истории

Весной 1944 года командиру разведывательного взвода поручили сопроводить на линию фронта троих странных офицеров. Странным в них было их неестественное спокойствие, даже равнодушие к происходящему, хотя готовились они к заведомо рискованному делу. И лица их были какие-то ухоженные, холеные, совсем не «боевые». Один из них незадолго до выхода взял гитару и спел песню. С надрывом, с хрипотцой. Разведчику она настолько понравилась, что он записал слова в свой дневник. Много лет спустя, уже в мирной жизни, он снова услышал эту же песню. Это был новый, как сейчас говорят, хит Владимира Высоцкого. В сорок четвертом великому барду было всего шесть лет, и сочинить эту песню тогда он не мог. Значит, те странные офицеры каким-то образом попали в сорок четвертый из будущего…

Александр Александрович Бушков

Проза о войне / Книги о войне / Документальное