Читаем Время веры полностью

Время веры

Отец Иоанн (Шаховской), архиепископ Сан-Францисский, пожалуй, самая известная для обычного человека, личность русского православного зарубежья. С 1948 года и до своей смерти в 1989 году он ежедневно беседовал на «Радио Свобода» с русским человеком. Передача так и называлась — «Беседы с русским народом». Он говорил о вере, от которой отошел строитель коммунизма. Беседовал об истории Великой России, которую в стране советов пытались переписать по-новому, о трагедии, которую народ не желал, да и не мог осознать. Этот разговор актуален и сегодня. Ведь, несмотря на видимое воцерковление общества, русский народ, в основной своей массе, устремляется в сети, расставленные мировыми служителями зла, забывая о том, что когда-то давал клятву Богу не предавать веры христианской. Книга адресована всем боголюбивым читателям.

Иоанн Сан-Францисский (Шаховской)

Религиоведение18+

ОТ ИЗДАТЕЛЬСТВА

Епископ Иоанн Сан-Францисский (в миру кн. Дмитрий Алексеевич Шаховской) родился 23-го августа 1902 года в Москве. Учился в России в Императорском Александровском лицее, и заграницей в Лувенском университете.

С юга России выехал в 1920 году.

Иночество принял на Святой Афонской Горе 23-го августа 1926 года и был послан в Богословский институт Преп. Сергия в Париже. После был законоучителем Крымского Корпуса в городе Белая Церковь в Югославии, настоятелем местной русской общины, преподавателем Пастырской школы и основателем Православного Миссионерского книгоиздательства «За Церковь».

В 1931 году он переносит свою пастырскую и миссионерскую деятельность в Западную Европу, в Париж. В 1932 году назначается настоятелем Свято-Владимирского Храма в Берлине, где остается до 1945 года, совершая, до войны, миссионерские путешествия по всем странам Европы и развивая издательское дело. Во время войны издательское его дело ликвидируется Гестапо, все изданные им религиозные книги, даже издание православной Библии, конфискуются. По окончании войны архимандрит Иоанн переезжает в Париж, и в начале 1946 года — в Соединенные Штаты Америки, где в 1947 году избирается Архиерейским Собором Американской Митрополии во епископа и рукополагается в Нью-Йорке на кафедру Епископа Бруклинского, с назначением деканом Свято-Владимирской Православной Богословской Академии в Нью-Йорке, на каковой должности остается до своего перевода на кафедру в Сан-Франциско, в 1950 году.

Епископ Иоанн принимает участие, как делегат Американской Митрополии, в главных экуменических конференциях последних лет, заведует Южно-американской епархией и заграничными делами Митрополии.

Епископ Иоанн является автором многочисленных религиозных трудов, часть которых издана в переводах, на английском, немецком, сербском, итальянском и японском языках.

С 1948 года периодически, с 1951 года регулярно, а с 1953 года еженедельно Епископ Иоанн ведет по радио-станциям «Голоса Америки» свои «Б е с е д ы о в е р е», обращаясь к русскому народу со словом о Боге и о Христовой Правде.

За исключением богослужебных и праздничных, в книгу входит целый ряд этих Бесед.

I. БЕСЕДЫ С РУССКИМ НАРОДОМ

1. О МИЛОСЕРДИИ НАД МИРОМ

Был человек, желавший — как многие — о п р а в д а т ь с е б я. Он спросил у Христа Иисуса: «кто мой ближний»? И Спаситель рассказал ему притчу…

Шел странник из Иерусалима в Иерихон, и был схвачен разбойниками. Они сняли с него одежду — вероятно, единственное его достояние — и, избив, оставили на дороге.

Вслед за этим бесчеловечьем следует другое, может быть, еще худшее: идущие той же дорогой люди равнодушно проходят мимо этого лежащего, истекающего кровью человека. «Прошел мимо» священник. Левит поступил еще хуже: «подошел», «посмотрел», полюбопытствовал, как страдает и умирает человек, и пошел своей дорогой. В лице этих двух людей мимо израненного человека прошло как бы всё несострадательное человечество. Одна половина этого человечества ранила его и бросила умирать на дороге; другая проходит равнодушно мимо его страданий.

Иоанн Златоуст справедливо сказал: «богатые и сытые, равнодушно взирающие на голодных и нищих, и не помогающие им, равны убийцам». Конечно, равны преступникам и те, которые, имея возможность помочь хотя бы одной жертве преступлений этого мира, проходят мимо человеческих страданий, занятые одним своим благополучием.

В простых словах Христос, знающий сердца людей, открывает всю глубину мрака, сгустившегося над человечеством, и показывает главный грех всех времен и народов: н е м и л о с е р д и е. И когда, вникая в эту истину, мы начинаем ужасаться кромешной тьме нравственного человеческого сознания, — тихая небесная заря — милосердие — восходит над землей. И за нею видно само Солнце Божественной Любви — Христос.

Проезжал тем же путем около Иерихона Самарянин некто и, увидев на дороге окровавленного человека, с ж а л и л с я над ним. Вот всё, что произошло: с ж а л и л с я над ним. Всё другое было только следствием этого: один человек с ж а л и л с я над другим человеком. Свершилось близкое ко всем чудо, через которое самый грешный и слабый человек делается причастником божественной силы, правды и славы.

Жалость двигает больше, чем каменными горами, — она двигает каменными сердцами. «Истинно говорю вам, если кто скажет горе сей: поднимись и ввергнись в море, и не усумнится в сердце своем, но поверит, что сбудется по словам его, — будет ему, что ни скажет» (Мк. XI, 23). Это слова Христа. Жалость в мире — есть чудо. Каменные горы передвигать с их места никому не надо. Истинное чудо есть жалость.

Бог хочет этого чуда, жалости одного человека к другому. Тут сила высшей жизни.

Истинное милосердие всегда просто и деятельно. Оно есть воля, готовая на всякий труд, сердце соглашающееся перенести всякую скорбь, ради любви.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Хлыст
Хлыст

Книга известного историка культуры посвящена дискурсу о русских сектах в России рубежа веков. Сектантские увлечения культурной элиты были важным направлением радикализации русской мысли на пути к революции. Прослеживая судьбы и обычаи мистических сект (хлыстов, скопцов и др.), автор детально исследует их образы в литературе, функции в утопическом сознании, место в политической жизни эпохи. Свежие интерпретации классических текстов перемежаются с новыми архивными документами. Метод автора — археология текста: сочетание нового историзма, постструктуралистской филологии, исторической социологии, психоанализа. В этом резком свете иначе выглядят ключевые фигуры от Соловьева и Блока до Распутина и Бонч-Бруевича.

Александр Маркович Эткинд

История / Литературоведение / Политика / Религиоведение / Образование и наука