Читаем Время шипов полностью

Выскочив за дверь как есть – прямо в халате, Селль ухватила корзину с бутылками и уже собралась шмыгнуть обратно, когда со стороны калитки вдруг послышался скрип и неторопливые, шаркающие шаги. Ленро вскинулась было, но быстро узнала свою приходящую уборщицу и успокоилась. Чтобы тут же вновь облиться холодным потом. Адовы бесы! Как она могла о ней забыть? Не хватало еще им с Арделаном нос к носу столкнуться!

– Ой, – Селль опустила корзину обратно и двумя руками поплотнее стянула ворот, заодно попытавшись скрыть за этим жестом растерянность. – Извините, госпожа Хонс, что я в таком виде, не думала, что вы сегодня так рано…

Бабушка – внешне истинный божий одуванчик – оценила халатик, оглянувшись, оценила еще и вид на него с улицы, – после чего быстро шагнула с дорожки в сторону, давая возможность и Селль спрятаться за куст:

– Это вы меня извините, госпожа Ленро. Но… Помните, я в прошлый раз говорила, что к нам внук приезжает? Он у нас университет окончил, последние, считай, каникулы будут. И уже получил приглашение на хорошую работу – аж в городской архив. Ну, в общем, я сегодня и поторопилась, чтобы успеть все у вас сделать, пока он не проснулся. Надеюсь, вы не против, если я прямо сейчас начну?

– Внук… Да, конечно… – Селль, забывшая тот разговор напрочь, потерла переносицу. – Внук – это замечательно. Знаете что, госпожа Хонс, можете считать, что пока он здесь, у вас отпуск. А я временно поищу кого-нибудь вам на замену.

– А может, – помялась та, – вы мне ту замену насовсем найдете? Нет, я помню, что мы на год договаривались, но… тяжеловато мне все-таки, хоть дом у вас небольшой и чистый. К тому же Прати, ну, внук мой. Вы поняли, да? Так вот он сказал, что будет теперь помогать нам немного, и деньги уже не так нужны…

– Да, конечно, госпожа Хонс, – Селль поторопилась прервать этот поток – по улице кто-то прошел, и она невольно запахнулась поплотнее. – Не волнуйтесь, разумеется, мы все решим. С заменой, думаю, проблем не будет. И деньги за эту неделю вам заплачу.

– Нет, не нужно. Вот этого не нужно точно. Я вам и так благодарна за понимание. И идите уже, госпожа Ленро, – старушка вдруг очень искренне улыбнулась, – идите, пока на ваш халат все здешние кумушки не сбежались.

– И вам счастливо, госпожа Хонс, – Селль ответила ей такой же улыбкой и быстро шмыгнула обратно в дверь, едва не забыв про молоко. А захлопнув за собой створку, с облегчением выдохнула – как же удачно и вовремя все решилось. Как по заказу!

Так, ну а теперь можно и кофе заняться…

Когда напиток был готов, вода в ванной все еще лилась – отсюда это было слышно прекрасно.

– Ну, тебе же хуже, – пробормотала Селль, наполняя свою чашку и доливая ее свежим молоком. – Ждать всяких там темных точно не буду. Сам потом остывший пей.

Она двумя руками подхватила посудину, с удовольствием принюхалась, сделала пару первых глотков, смакуя вкус напитка, и… замерла. Что-то с этим вкусом было не то.

Через секунду остро захотелось прищуриться – кухня поплыла у нее перед глазами, стол словно отпрыгнул, когда Ленро попыталась на него опереться, а пол, наоборот, охотно рванул навстречу, на финише врезавшись ей в скулу. Последнее, что запомнила, – медленно наклоняющийся над краем столешницы ковшик. И звон, когда тот все-таки упал, не удержав свое зыбкое равновесие.

Нет, кажется, был еще грохот влетевшей в косяк двери и злой забористый мат. Как раз перед тем, как ее подхватили на руки…

В себя Селль приходила медленно и… словно по частям. Сначала вернулось обоняние. Рывком. И так остро, что показалось, будто ей с размаху дали в нос – ароматы навалились все и разом, чуть снова не лишив сознания. Лишь через пару минут она начала их различать: ландышевое мыло, намокшая губка, глаженые полотенца, вода… Много воды… Очень много чистой воды…

Стоило об этом подумать, как вернулось осязание, и Ленро убедилась – так и есть. Воды вокруг много. Теплой. Приятной. Помогающей расслабить мышцы и справиться с очередной судорогой, волной прокатившейся по всему телу. Сидит она в ней по самую шею. Ванна? Да – под пальцами характерная скользкая эмаль. Захотелось по ней провести, чтобы убедиться окончательно, и Селль это смогла – руки вздрогнули и шевельнулись. И тут же удалось открыть глаза. Словно для этого только и нужно было, что вспомнить, каково оно – двигаться.

Ванная, точно. Ее собственная. Взгляд уперся в до боли знакомый желтенький кафель.

Последним восстановился слух:

– Давай, девочка, давай… возвращайся… – настойчивый голос словно наплывал издалека, пока не стало понятно, что темный вообще-то рядом и говорит прямо у нее над ухом. – Ну, давай же…

Не сразу, но повернуть голову тоже удалось – последние спазмы уходили из мышц, возвращая подвижность. А вместе с ней вернулась и способность говорить.

– Я. Тебе. Не девочка, – вышло тихо и как-то неубедительно. Вчера точно было лучше.

– Ага, – выдохнул Арделан и прекратил наконец теребить ее за плечо. – Значит, тут уже. Вот и хорошо. А насчет не девочки ты меня еще вчера просветить успела, не забыл пока. Или хочешь, чтобы я все-таки лично убедился?

– Врезать еще?