Читаем Время прощать полностью

— Что ж, добро пожаловать на борт, Руфус. Боюсь, Систранк не все вам рассказал, но он уже сделал попытку выставить меня. Не сработало, потому что судья Этли умеет хорошо читать. В завещании особо оговорено, что адвокатом по наследству назначаюсь именно я. Этли не собирается ни брать самоотвод, ни переносить суд из Клэнтона в другое место. Вы, парни, плюете против ветра и настраиваете против себя всех потенциальных присяжных округа. Очень глупо, с моей точки зрения, Руфус, и ваша глупость сводит наши шансы на нет.

— Это мы еще посмотрим. Вы неопытны, Джейк, и должны отойти в сторону. Да, разумеется, у вас есть горстка выигранных вердиктов, но по криминальным делам, а это дело не криминальное. Это сложная, дорогостоящая гражданская тяжба, и вам она не по плечу.

Сдерживая желание ответить резко, Джейк напомнил себе, как презирает человека на другом конце провода, и медленно, отчетливо произнес:

— А вы, как известно, были обвинителем, Руфус. Когда это вы стали специалистом по гражданским тяжбам?

— Я — одна из сторон в судебном процессе. Я всю жизнь провел в зале суда. В прошлом году я не занимался ничем другим, кроме гражданских дел. Кроме того, у меня за столом будет сидеть Систранк. Он в прошлом году трижды прищучил мемфисский департамент полиции более чем на миллион долларов.

— Все эти дела находятся в процессе апелляции. Он пока не получил ни гроша.

— Получит! И точно так же мы выколотим все из дела Хаббарда.

— И сколько вы собираетесь огрести? Пятьдесят процентов?

— Это конфиденциальная информация, Джейк, вы же знаете.

— А следовало бы сделать ее публичной.

— Не завидуйте, Джейк.

— Пока, Руфус. — Джейк повесил трубку. Сделав глубокий вдох, он встал и спустился на первый этаж. — Буду через минуту, — бросил он Рокси, проходя мимо ее стола.

В половине одиннадцатого «Кафе» пустовало. Когда Джейк вошел и сел на табурет у барной стойки, Делл вытирала вилки.

— Перерыв? — спросила она.

— Да. Кофе без кофеина, пожалуйста.

Джейк часто появлялся здесь в неурочные часы — обычно так он пытался на время спрятаться от служебной суеты и телефонных звонков. Делл налила и пододвинула ему чашку кофе, не переставая вытирать приборы.

— Ну, что ты знаешь? — спросил Джейк, помешивая сахар.

У Делл была четкая грань между тем, что она знает, и тем, что слышала. Большинство завсегдатаев думали, что она повторяет все подряд, Джейк так не считал. За тридцать лет работы в кафе Делл достаточно наслышалась пустых сплетен и откровенной лжи, чтобы понимать, какой вред они могут причинить, поэтому, несмотря на свою репутацию, на самом деле была весьма осмотрительна.

— Ну, — медленно начала она, — я не верю, что Летти оказала себе добрую услугу, наняв черных адвокатов из Мемфиса.

Джейк кивнул и отпил кофе.

— Зачем она это сделала, Джейк? Я думала, ты ее адвокат. — Делл говорила о Летти так, будто знала ее всю жизнь, хотя на самом деле ни разу в жизни не видела. Теперь в Клэнтоне это не редкость.

— Нет, я не ее адвокат. Я — адвокат по наследству, согласно завещанию. Мы с ней на одной стороне, но меня она нанять не может.

— А ей вообще нужен адвокат?

— Нет. Моя задача — защищать завещание и добиваться его исполнения. Я делаю свое дело, и она получает деньги. Так что ей нет надобности нанимать адвоката.

— Ты ей это объяснил…

— Объяснил, и мне казалось, она поняла.

— И что случилось? Почему они вдруг нарисовались?

Джейк сделал еще глоток и напомнил себе, что надо быть осторожным. Они с Делл часто обменивались «инсайдерской» информацией, но деликатных вопросов это не касалось.

— Не знаю. Но подозреваю, кто-то в Мемфисе прослышал о завещании. Слухи дошли до Букера Систранка. Он почуял запах денег, приехал сюда, остановил свой черный «роллс-ройс» перед ее домом и внезапно атаковал бедную женщину. Посулил ей луну с небес взамен на кусочек для себя.

— Большой кусочек?

— Это знают только они двое. Конфиденциальная информация, которая никогда не выйдет наружу.

— Черный «роллс-ройс», говоришь? Джейк, ты шутишь?

— Не-а, Систранк вчера прибыл на нем в суд и припарковал авто у Сберегательного банка. Он сидел за рулем, его сотоварищ — рядом. А Летти — сзади, с парнем в черном костюме, наверное, он вроде охранника. Они разыграли перед Летти спектакль, и она не устояла.

— Я этого не понимаю.

— Я тоже.

— Празер сегодня утром говорил, они постараются перенести суд в другой округ, где смогут набрать в жюри больше черных. Это правда?

— Думаю, всего лишь домысел. Ты же знаешь Маршалла: половина городских сплетен идет от него. Еще какие-нибудь слухи ходят?

— О да, Джейк. Ими весь воздух вокруг гудит. Когда ты входишь, все замолкают, но как только ты за дверь, они ни о чем другом и не говорят.

Открылась дверь, два клерка из службы сбора налогов вошли и сели за столик неподалеку. Джейк знал их и вежливо кивнул. Они сидели достаточно близко, чтобы слышать его разговор с Делл и, конечно же, стали бы все мотать на ус, поэтому он наклонился к Делл и тихо сказал:

— Держи ушки на макушке, хорошо?

— Джейк, солнце мое, ты же знаешь: мимо меня ничего не пройдет.