Читаем Время прощать полностью

— А о чем бы вы могли его спросить, Уэйд? — поинтересовался Джейк. — Он описывает события, имевшие место до вашего рождения, он является их единственным живым свидетелем. Вы все равно не смогли бы провести перекрестный допрос. Вам ничего не известно о том, что произошло.

— Все неправильно заверено секретарем суда. А этот адвокат с Аляски не имеет лицензии на практику в Миссисипи. Я могу привести еще кучу причин.

— Прекрасно. Я отзову эту запись как вещественное доказательство и внесу ее в качестве аффидевита — письменного показания, подтвержденного присягой в присутствии государственного нотариуса. Секретарь суда приравнивается к государственному нотариусу.

— Это не имеет отношения к вопросу о том, обладал ли Сет Хаббард завещательной правоспособностью первого октября прошлого года.

— Да что вы… А я думаю, это все объясняет, Уэйд, — возразил Джейк. — Это доказывает, вне всяких сомнений, что Сет Хаббард точно знал, что делает. Ну же, судья, вы ведь уже позволили жюри выслушать столько всего.

— Довольно, — строго произнес судья Этли. Он закрыл глаза и задумался, глубоко дыша и забыв о своей трубке. Когда решение было принято, он открыл глаза: — Джентльмены, я считаю, присяжные должны выслушать Энсила Хаббарда.

Спустя десять минут зал призвали к порядку, ввели присяжных и снова установили большой экран. Судья Этли принес жюри извинения за задержку, после чего объяснил, что происходит.

Взглянув на представителей протестующей стороны, он поинтересовался:

— Мистер Ланье, у вас есть еще свидетели?

Ланье встал с трудом, словно страдая от артрита.

— Нет. Мы закончили представление доказательств.

— Мистер Брайгенс?

— Ваша честь, я хотел бы вызвать миз Летти Лэнг, со строго ограниченной целью. Это займет всего несколько минут.

— Прекрасно. Миз Лэнг, пожалуйста, помните: вы все еще находитесь под присягой.

Порция наклонилась вперед и прошептала:

— Джейк, что вы делаете?

— Не сейчас, — шепотом ответил он. — Сами увидите.

Не забыв еще ужасного ощущения, какое испытала на свидетельском месте в прошлый раз, Летти села и постаралась сохранять спокойствие. Она не смотрела на присяжных. У Джейка не было времени подготовить ее, и Летти понятия не имела, что будет происходить дальше.

— Летти, кто ваша мать, биологическая мать? — спросил Джейк.

Летти улыбнулась, кивнула, все поняв.

— Ее звали Лоуис Риндс.

— А кто были ее родители?

— Сильвестр и Эстер Риндс.

— Что вам известно о Сильвестре Риндсе?

— Он умер в тысяча девятьсот тридцатом году, я его никогда не видела. Он жил на земле, которой сейчас владеют Хаббарды. После его смерти Эстер переписала эту землю на отца Сета Хаббарда. Отцом Сильвестра был Соломон Риндс, который владел этой землей до него.

— У меня больше нет вопросов, ваша честь.

— Мистер Ланье?

Уэйд вышел на подиум без блокнота.

— Миз Лэнг, у вас когда-нибудь было свидетельство о рождении?

— Нет, сэр.

— И ваша мать умерла, когда вам было три года?

— Да.

— Когда мы опрашивали вас в декабре, за неделю до Рождества, вы не были уверены в своем происхождении. Что заставляет вас теперь говорить о нем столь определенно?

— Я нашла кое-кого из родственников. Многие вопросы получили ответы.

— И теперь вы уверены?

— Я знаю, кто я, мистер Ланье. Да, я уверена.

Он сел, а судья Этли обратился к залу:

— На этот раз мы будем смотреть записанные на видео показания Энсила Хаббарда. Давайте выключим свет. Я хочу, чтобы двери были заперты и никто не ходил по залу. Это займет около часа, мы будем смотреть запись без перерыва.

Присяжные, которых так утомил предыдущий день, воспрянули, с нетерпением ожидая непредвиденного поворота, коему им предстояло стать свидетелями. Многие зрители переместились на правый край зала, чтобы лучше видеть экран.

Свет погас, всякое движение прекратилось, казалось, все затаили дыхание. И тогда пошла запись. После Джареда Волковича и Люсьена на экране появился и заговорил Энсил Хаббард:

— Вот моя история. Даже не знаю, с чего начать. Я живу здесь, в Джуно, но это не мой дом. У меня вообще нет дома. Весь мир — мой дом, я повидал бо́льшую его часть. За долгие годы со мной случилось много неприятностей, но было много и интересного. Я знавал хорошие времена. В семнадцать лет поступил на службу в военно-морских силах, прибавив себе два года — я был готов на все, лишь бы убежать подальше от дома. За пятнадцать лет где только не побывал. Воевал в Тихом океане на американском судне «Айова». Когда ушел с флота, жил в Японии, Шри-Ланке, Тринидаде — в стольких местах, что сразу и не припомнишь. Работал в судоходных компаниях в разных океанах. Когда хотел сделать перерыв, где-нибудь обосновывался на время, всегда в новом месте.

Голос Люсьена за кадром произнес:

— Расскажите нам о Сете.