Читаем Время химер полностью

– Ничего такого не будет. Во-первых, хочу подчеркнуть, что, как достойная представительница огненной стихии, я почему-то должна каждый год в день своего рождения задувать огоньки на свечах, хотя они – мои друзья… Хороша подруга!

После недолгой паузы она продолжает:

– Этот вечер – новый повод поблагодарить маму. Хочу сказать ей: спасибо, что меня придумала.

Алиса, смущенная похвалой, скромно опускает глаза.

– Кому из людей доступно счастье ужинать со своим создателем и называть его на ты? Кто из людей получал прямо от него инструкции и всю мораль?

– Например, Моисей получил от Создателя на горе Синай скрижали с десятью заповедями, – вспоминает Захария, гордый своей эрудицией.

– Спасибо, братец, что напомнил об этом историческом моменте, но я что ни день получаю сразу сотню заповедей! От «приберись в своей комнате» до «делай уроки» и «спасибо, что собрала вещи». Десяти заповедям недостает этой четкости. Так что спасибо еще раз, мама!

Общий смех. Аксель серьезнеет.

– Но мне мало учебы по книгам, фильмам и чужим рассказам. Мне нужно увидеть происходящее вокруг собственными глазами. Хочу воспользоваться этим ужином, присутствием всех вас, чтобы сообщить кое-что важное.

– Не томи, выкладывай! – торопит ее Захария.

– Итак, я решила отрезать…

Снова-здорово! Палец на ноге? Нос? Язык?

– …себя от вас.

За столом воцаряется звенящая тишина.

– Вы правильно расслышали, я решила уехать.

– Ты хочешь покинуть Валь Торанс? – удивляется Офелия.

– Мне двадцать лет, никто уже не сможет помешать мне исследовать мир. Лучше всего начать прямо сейчас!

– Ты сознаешь, что тебе придется пересечь территории Диггеров и Наутилусов? Не говоря о других местах, где могут обитать другие уцелевшие Сапиенсы? – пытается припугнуть ее Захария.

– Это то самое, что я хочу узнать: каков мир за известными мне пределами. Мой двигатель – любопытство. Не оно ли гнало вперед наших предков, начиная с тех, что выползли, опираясь на плавники, из океана и заковыляли по суше?

– Ни Диггеры, ни Наутилусы не знают о твоем существовании, – напоминает ей Джонатан.

– Что же, пора рассеять их неведение. Пускай узнают, что у них есть сестра, представляющая четвертую стихию.

– Не уверена, что они благосклонно отнесутся к новому соперничающему гибридному виду, ведь они и так уже конкурируют друг с другом, – вставляет Алиса.

– Путешествуя в одиночку, я не буду их беспокоить. А о моей неотении они не знают.

Алиса считает уместным напомнить:

– Когда я была там в прошлый раз, дипломатические отношения были весьма натянутыми, и…

– С тех прошло больше двадцати лет, мама! – перебивает ее Аксель. – Тебе не любопытно узнать, как там у них с эволюцией?

Еще бы, ужас как любопытно! Но я для того и отошла в тень, чтобы не влиять на хрупкое равновесие трех народов.

Бенджамин чувствует, что напряжение нарастает. Захария высказывает то, что у всех за столом на уме:

– Нам не удержать Аксель. Саламандр не так просто одомашнить.

– Хочешь со мной, братец? – обращается рыжеволосая девушка к своему брату.

– Обещаю когда-нибудь отправиться с тобой в путешествие, но пока что я для такого не созрел. Не говоря уже о твоей способности к регенерации, сестренка. Если нам опять встретится медведь и он двинет меня лапой, то моя оторванная рука не отрастет…

Он указывает на ее оторванную когда-то руку, которую сама Аксель попросила сохранить в большой колбе с формалином. С тех пор рука красуется, как трофей, над камином.

– Пока что мой долг – продолжить эстафету и завершить «Энциклопедию относительного и абсолютного знания», – продолжает Захария. – Это моя жизненная миссия.

Алиса слушает их разговор, не пытаясь вмешиваться. С некоторых пор все важные решения принимаются без нее.

В моем возрасте следует, наверное, готовиться к тому, что мое мнение утратит для них важность.

– Хорошо, – все-таки не выдерживает она. – Раз таково твое желание, Аксель, я не могу тебе помешать отправиться странствовать по миру… без нас.

– Спасибо, мама! Ты делаешь мне наилучший подарок – твое доверие. – Аксель встает и целует ее. – Я уже все приготовила. Отправлюсь сразу после ужина.

– Этим вечером? На ночь глядя? – удивляется Джонатан.

– Саламандрам проще путешествовать ночью, – объясняет Захария, хорошо знающий свою сестру. – Аксолотли ведут ночной образ жизни.

Все сидящие за столом молча переваривают известие о скором уходе Аксель, всем грустно. О празднике напоминает только кусок поздравительного торта – нога саламандры, торчащая из него оплавленная свеча и чувство, что произошло что-то важное – понять бы что…

– Спасибо за поддержку, братец.

Семья Уэллсов в полном составе провожает Аксель до края Валь Торанса. На ней желтая куртка и такой же берет, из-под которого выбиваются длинные рыжие пряди волос с черными кончиками.