Советник, похоже, так и не проникшись жизнеутверждающим настроем на авось, свернул с асфальтированной дорожки, прошёл по одичавшему газону и задумчиво остановился перед двумя меланхоличного вида деревцами, склонившимися друг к другу и переплётшимися ветвями.

— Тополь обыкновенный, — заявила я, стоя за спиной мужчины. Потом задумалась, такой ли уж он обыкновенный (я про тополь) и не слишком уверенно прибавила: — Дрожащий.

Мельтек обернулся ко мне и искривил губы в странной усмешке. Готова поклясться, моё так и произнесённое ядовитое «чем вас так заинтересовали топольки?» было взято на заметку. Я упрямо не отводила взгляда:

— Если я не ошибаюсь, пост на эпсилон тридцать четыре блокирован со стороны эпсилона и вообще находится в военном городке километрах в тридцати от центра.

«Боги, даже не понятно, где кончается радужка и начинается зрачок». Я мысленно ощетинилась и добавила:

— Я думала, мы возьмём напрокат катер со стоянки компании.

— Знаете, Морруэнэ, — советник, наконец, переключил внимание на вышеупомянутые деревца. Оцепенение отпустило меня. — Существует один фокус, — он помедлил, подбирая слова. Я терпеливо ждала. Мельтек снова повернулся к двум деревьям и развёл руки в стороны. — Так вот, — его пальцы слегка подрагивали в напряжении.

Я тщетно пыталась уловить, что он хочет сделать, но всё в мире по-прежнему оставалось на своих местах. (Когда работаешь со всякими штуками, которые лучат как бешеные и могут рвануть в любую секунду, волей-неволей начинаешь чувствовать момент, когда надо спасать задн… здоровье, то есть). Ветер налетал резкими обжигающими порывами, шевеля газонную вечнозелёную траву, трепетали ветви деревьев, обитатели коробок наверняка наслаждались нежданным представлением театра трёх актёров (неожиданно молчаливая и притихшая Линвиль в роли пятого дерева справа).

— С точки зрения Вселенной.

Ветер стал ещё промозглей. Пятое дерево справа вдруг оживилось и настойчиво подёргало меня за рукав куртки:

— Морру… Морру, что…

— Тиш-ше, — прошипела я.

— Все места на этой планете.

Увядшие листья на деревьях сухо гремели.

— Морру, сейчас же ведь ещё утро…

— Формально находятся в одной точке.

Мелэтир’Тэнтэк резко отступил на шаг назад.

Я присвистнула. Ох уж эти квантовые фокусы… когда это я проглядела момент?

— Прошу, — сказал он. — Глаза можно не закрывать.

По розовато-сиреневому вечернему небу неестественно быстро плыли облака.

Контура не было вообще.

Мир растекался жирной кляксой, в него вплавлялось что-то чужеродное, застывало, сминало, разрывая острыми гранями.

Солнце село.

Картинка мира перестала искажаться и таять. Она стала другой.

6.

Я, конечно, ознакомилась с рекламными проспектами компании и с фотографиями, сделанными Элоиз — условная столица эпсилона, честно говоря, мало подходила для оформления кричащих красочных брошюрок.

На берегу моря, из серых неспокойных вод которого каждое утро, вероятно, показывалось солнце (или не каждое — облачными в этих краях выдавались, в среднем, триста двадцать восемь из триста шестидесяти одного дня)… в общем, не суть важно… Над берегом моря, воды которого тысячелетиями грызли базальтовые скалы, нависала громада Островов — словно в насмешку над бродившими суевериями, громада была серо-чёрной. Грозящие вечно хмурому небу острые шпили многоэтажных зданий, похожие на крепостные башни, узкие улицы, днём погружённые в сумрак, а ночью сияющие сине-зелёной подсветкой, громадные вычурные горбатые мосты, соединявшие десятки скалистых островков, пещеры, оборудованные в доки, щерящиеся острыми носами кораблей. Город, угрожающий одним своим видом даже с легкомысленных туристических фотографий. Условная столица эпсилона с так и не вызнанным названием и населением, по оценкам, всего в двести-триста тысяч нелюдей. Циклопический город, приводящий в состояние молчаливого… чего? восхищения? созерцания? смутного ужаса?..

Это я всё к чему тут распинаюсь… К тому, что в Цитадели я ожидала увидеть нечто подобное.

Глаза привыкали к полумраку. Я недоверчиво притопнула — мощёная квадратными серыми плитами дорожка исчезать не спешила. Да-да, подобно всем чиркателям формул на клочках бумаги, редко покидающим стены родной лаборатории, я не представляла раньше, какими ощущениями балует переход через незамкнутый Коридор. Кстати, ничего особенного — только показалось, что земля внезапно ударила под ноги.

Я глубоко вдохнула — воздух осел в лёгких стылыми каплями влаги. Удивительно, но мы попали на совмещение годовых циклов — тут тоже была осень. В этих долбаных командировках в иные миры всегда настраиваешься увидеть какое-нибудь зелёное небо над головой, вечное лето, почувствовать запах цветения и увядания растений, которых никогда не вырастить у нас. Действительность всегда проще.