Читаем Вранье полностью

Они присели на лавочку и откупорили бутылку апельсинового сока.

– Вот так сидим, понимаешь ли, сочок попиваем из трубочки на государственные деньги, а тебе все плохо. Капризный ты, Шурик! Не по годам…

– Ты чего наезжаешь? Интервью-то дал журналистке?

Миша посерьезнел:

– Не дал. Главное, она не дала.

– Да ты что?! Ну, ладно, не расстраивайся, ты, в конце концов, не журналист.

Вяло посмеялись. Шуре не терпелось рассказать про работу. Миша почувствовал это:

– Ну давай уже говори – где был? Истомился весь.

Дело в том, что Шура решил никому не рассказывать заранее о предполагаемой встрече с работодателем… То ли из суеверных соображений, то ли, наоборот, стеснялся. Мише сказал, что утром идет в банк, а с Яэлью договорился, что опоздает.

– В общем, тут меня кое-куда сосватали, и я решил поработать немного.

Миша выкатил глаза:

– Да, ты что?! – Вся его ироничность куда-то испарилась, и в глазах мелькнуло что-то вроде зависти пополам с уважением. – Ну, ты шустер! Не ожидал. И кто наш покровитель?

Шура смущенно опустил глаза:

– Лида, одноклассница. Помнишь, я тебе рассказывал?

– Да я думал, она секретаршей какой-то работает…

– Да. Но у ее мужа приятель – директор агентства по трудоустройству.

– Неплохо. Ну, и как называется новое место службы?

Шура замялся:

– Да, там пока с местом неясно… Вначале тренинг, а потом прикрепят куда-нибудь..

– Как это прикрепят? А поясней нельзя? Ты на какую должность идешь?

– Шомером, ну, охранником.

Вначале во взгляде собеседника проступило удивление, как будто он чего-то недослышал, потом зажегся легкий ужас, который быстро угас, и ему на смену пришла насмешливая брезгливость.

Шура начал быстро оправдываться:

– Деньги скоро кончатся, а мне их взять неоткуда. Ты сам говорил, что по специальности меня сразу не возьмут. Ведь говорил? А сейчас подвернулась оказия. Не могу же я отказываться.

– Оказия… Сторожем работать.

– А что, учиться? Мы же тут время теряем! Какой иврит? Ты хоть слово сказать можешь? Ходим сюда для галочки и сами себя уговариваем, что так нужно.

Шура слушал себя и понимал, что все, что он говорит, абсолютно верно, не придерешься. И все же, чем дольше он говорил, тем сильнее его охватывала тревога, смешанная с апатией. Не для этого он сюда ехал. А для чего? Если раньше цель была непонятной, но благородной, то теперь становилась просто непонятной.

– В конце концов, это же временно…

Гарин многозначительно улыбнулся:

– Нет ничего более постоянного, чем временное.

– Что ж ты думаешь, я буду всю жизнь сторожем работать?

– Ну, если не выгонят.

Шура нервно хохотнул, а Миша посмотрел на него как на маленького, а к тому же еще не очень здорового.

Если быть откровенным, Шура все про себя понял, как только переступил порог этого агентства по трудоустройству.

Офис агентства представлял собой небольшую комнату с двумя столами и маленьким диванчиком для посетителей. Оба агента, мужчина и женщина, были заняты беседой с клиентами. На Шуру никто внимания не обратил, и он решил присесть на диванчик. Рядом сидела молодая женщина и заполняла какую-то анкету. Анкета была на иврите. Шура очень испугался, что ему дадут такую же, и начал судорожно соображать, как бы поделикатнее объяснить свою временную неспособность заполнить документ. Но никакую анкету ему не предложили. Он спросил у женщины:

– Простите, а вы к Аркадию?

– Нет, а что?

– Да, нет, я просто… Понимаете, я тут первый раз… и вот думаю, может, у них тут разделение.

В тоне женщины слышалась некоторая агрессивность:

– У кого?

– Ну, вот у Аркадия и у этой дамы, не знаю, как ее зовут.

– Фаина. Какое разделение? Мужчина, вы вообще чего хотите?

Шура испугался и от этого стал говорить еще путанее:

– Да мне вот тут обещали поговорить насчет шомера. Временно.

– Ну, а что вас не устраивает?

– Нет, меня все устраивает. Я просто подумал, что, может, Фаина, например, на другие должности устраивает. Более квалифицированные.

– На какие должности? Вы к Аркадию пришли? Вот поговорите с ним, у него есть все что надо.

– Понятно. Спасибо большое!

В это время мужчина распрощался с посетительницей и поманил Шуру пальцем. Шура вскочил и подбежал к столу.

– Вы – Алекс?

– Я?! А, да. Ботаник Александр. От Лиды.

Аркадий мазнул по нему взглядом и жестом предложил присесть. Шуре стало неуютно, и он попытался заглянуть в глаза собеседнику, но взгляд все время куда-то ускользал. «Неприятный мужик, – подумал Шура, – мутный какой-то, чужой». Тем временем Аркадий достал из стола анкету и начал сам в ней что-то писать. У Шуры отлегло от сердца, и он мысленно отругал себя за поспешные выводы о новом знакомом.

– Когда алию совершили?

– Приехал в смысле? А… три недели назад.

– Точную дату назовите.

– 25 января 2000 года.

– Дата рождения? Номер теудат зеута?

Шура старался отвечать быстро, вот только замешкался с номером теудат зеута, иными словами, паспорта, который он получил еще в аэропорту. Он судорожно рылся в карманах, а документ никак не находился.

– Номер помнить надо.

– Да, вы правы. Никак не выучу.