Читаем Враги России полностью

Россияне аморфны, но живут в рамках неких предубеждений еще с 1917 года. Нам по-прежнему кажется, что нас все обманывают, что сами мы по своей природе чистые, честные и порядочные, а власть плохая. Дальнейшие различия в мировоззрении зависят от уровня образования и культуры. Один из вариантов – искренне считать, что во всем виновата мировая закулиса, что есть некое страшное лицо сионистского, мусульманского, американского, олигархического или чиновничьего заговора, что все всё видят и молчат, но если дать русскому человеку распрямиться, то он всем наконец покажет. Правда, дальше все упирается в определение того, что есть русский человек. Люди с очень разными фамилиями с радостью берут на себя право говорить от лица русской нации, но почему-то всегда в конечном итоге зовут к топору, который должен обрушиться на голову соседа, в результате чего его сотовый телефон перейдет в их карман.

Страшная путаница в мозгах и терминах у этих людей приводит, как правило, к тому, что они чувствуют себя обманутыми. Хотя можно сказать, что все происходит с точностью до наоборот: именно из-за того, что их жизнь не состоялась и они не смогли найти свое место, в их головах начинает роиться дикое количество совершенно сумасшедших, бредовых идей. Этакий замес плана Даллеса, которого на самом деле никогда не существовало, с протоколами сионских мудрецов и современными агитками в духе худших традиций РНЕ и ДПНИ.

* * *

Удивительно, но при Гитлере жизнь в Германии многим нравилась. Действительно – коррупции не было, дороги замечательные, народный автомобиль, всеобщее ликование, военные победы, экономическое процветание, мощная рейхсмарка. И где-то на заднем плане, фоном, несущественные проблемы с мало что значащими неприятными людишками. Ну цыгане – подумаешь, какие-то кочевники, кому до них есть дело? Евреи опять же. И вот ведь как странно получилось – казалось бы, такие пустяки! Но в памяти человечества Гитлер остался одним из самых ужасающих злодеев, а заодно несмываемое клеймо получил и исповедуемый им национал-социализм. Замечу – не фашизм, как многие наивно считают. Фашизм Муссолини как раз был лишен националистической окраски, она появилась существенно позже, уже после того, как северной Италией фактически стали управлять немцы.

В России всегда была большая проблема с определением в общественном сознании границ народа и нации, как и того, что можно, а чего нельзя. В ключевой работе Владимира Ильича Ленина, посвященной этой теме, советскому человеку раз и навсегда объяснили, что все наши народы равны, но тем не менее надо помнить о национальной гордости великороссов и при этом не оскорблять малые народы. Ленин, конечно, ничего плохого сказать не хотел, это за него сказали его последователи, не моргнув глазом назначавшие целые народы виновными, подобно тому как сам он в свое время назначил виновными целые классы.

Хотя, если посмотреть внимательно, мы увидим, что многие века в царской России национальность не играла особой роли, гораздо важнее была сословность. И этническое происхождение никогда не определяло роль человека, если только – необходимая ремарка – он не был в числе так называемых угнетенных или пораженных в правах народов. Но в широком смысле Российская империя проводила как раз очень мудрую национальную политику, и сбой в ее формировании, когда ряд этнических групп оказался поражен в правах, как раз и привел к активной революционной деятельности внутри именно этих групп, что в конечном итоге развалило великую страну.

Однако никто не задавался вопросом, какой национальности были Пушкин, Лермонтов, Кутайсов и Милорадович, Барклай де Толли и Багратион. Да и Фет – не особо русская фамилия. И даже псевдоним Герцена – тоже, прямо скажем, не русского корня. Хотя, конечно, все помнят, что его отец, не признавший своего сына, был великороссом. Напомню, что даже сам термин «русский» в то время не был принят – скорее, если речь заходила об этнической идентичности, говорили «великоросс» или «малоросс».

* * *

XX век внес свои коррективы. Мы гордились своим интернационализмом, издевались над Америкой, где линчуют негров, а фильм «Цирк» навсегда вошел в наши сердца благодаря яркому эпизоду в финале, когда на провокационное восклицание: «У белой женщины черный ребенок!» – седовласый директор цирка реагировал искренним и величественным недоумением: «Ну и что?» Маленький чернокожий мальчик сладко засыпал, и представители разных национальностей пели ему колыбельную – каждый на своем родном языке.