Читаем Враги наших врагов полностью

В 1824 году одесский генерал-губернатор оказал находившемуся под его надзором Пушкину высокое доверие: отправил на юг Украины для борьбы с саранчой. Естественно, не будучи специалистом и не располагая необходимыми средствами, поэт оказался бессилен выполнить свою миссию. И, вернувшись из командировки, написал отчет в предельно краткой форме:

Саранча летела, летела и села.Сидела, сидела, все съелаИ вновь улетела

По правде говоря, упрекать Пушкина было бы несправедливо. Даже сейчас, спустя полтора века, при массовых налетах стадной саранчи без специальных средств, ядохимикатов и самолетов справиться с ней невозможно. Не случайно наши соседи — Иран, Турция, Афганистан — не раз обращались к Советскому правительству за помощью в борьбе с саранчой.

Саранча — представитель отряда прямокрылых насекомых, куда входят три надсемейства: кузнечиковые, сверчковые и саранчовые. На территории СССР встречается около 500 видов саранчи, но самые вредные из них — стадные.

Размножается стадная саранча в удручающих масштабах и с невероятной быстротой. Одна самка способна отложить до 1500 яиц, которые она помещает в вырытые в земле ямки. Залитые пенистыми выделениями половых желез, яйца скрепляются вместе и образуют своеобразный мешочек — кубышку. Весной из нее выходят личинки — саранчуки, которые по-прежнему держатся вместе. Появившись на свет, саранчуки сразу же отправляются в поход. А так как крылья у них еще не развиты, они движутся пешком, как бы сливаясь в одну массу — кулигу. Иногда на одном квадратном метре их скопляются тысячи. Нередко кулиги занимают площадь в несколько квадратных километров. С наступлением темноты они засыпают. Но едва солнце согреет землю, снова в путь. Сначала ползут, потом начинают скакать, преодолевая в сутки до 10 километров. Постепенно они взрослеют, линяют (и притом не раз) и, наконец, превращаются в крылатых насекомых. Они взлетают и, не нарушая единства, подобно туче мчатся в определенном направлении — как правило, туда, куда дует ветер. Скорость их может достигать 40 километров в час. При этом саранча способна совершать беспосадочные перелеты в тысячу километров!

Нашествие саранчи можно сравнить разве что со стихийным бедствием грандиозных масштабов. В истории зафиксированы случаи, когда после ее визитов вымирали целые районы и даже страны. В 125 году нашей эры, например, она начисто уничтожила посевы пшеницы и ячменя в римских провинциях в Северной Африке, и жители этих стран умерли от голода. Было же их… 800 тысяч человек!

А каких-нибудь сто лет назад саранча довела до голодной смерти 20 тысяч марокканцев. В 1902 году в Узбекистане эти насекомые расплодились на площади в 115 тысяч гектаров. Сражались с ней отчаянно, хотя и примитивно, с помощью… палок. На борьбу было затрачено 6 миллионов человеко-дней. И все-таки 100 тысяч гектаров посевов зерновых, люцерны, бахчевых, хлопчатника, садов было уничтожено марокканской саранчой.

Еще опасней азиатская саранча, способная совершать очень далекие перелеты, добираясь до Южной Европы, Африки и даже Новой Зеландии.

О нашествии этих крылатых чудовищ ходят зловещие легенды. Но и подлинные, правдивые сообщения способны внушить ужас.

В Испании в их стаю однажды врезался самолет и разбился. На Кавказе, между Тбилиси и Поти, саранча как-то остановила поезда, сплошь усыпав железнодорожное полотно, из-за чего забуксовали колеса паровоза. В течение дня она превращала цветущие области в голую пустыню, не оставляя ни одного зеленого листка. В Южной Америке орда насекомых набросилась на табачную плантацию и сожрала 20 тысяч растений за… 20 секунд!

Аппетиты у нее чудовищны. Тонна саранчи съедает 10 тонн всякой зелени. Стае весом в 15 тысяч тонн нужно пищи примерно столько же, сколько населению такого города, как Киев. Что ж говорить о стаях в сотни тысяч тонн! Не случайно еще древнегреческий философ писал: «Земля перед саранчой — как цветущий сад, позади саранчи — дикая пустыня».

И поныне во многих странах саранча остается врагом номер один. В СССР борьба с ней давно поставлена на научную основу.

Чтобы предотвратить массовые вспышки размножения стадной саранчи, ее уничтожают на стадии личинок. Ученые научились даже прогнозировать ее массовое развитие и разработали эффективные меры борьбы, хотя, конечно, угроза вторжения несметных полчищ, особенно в южных республиках, сохраняется постоянно. Опасаться приходится, в частности, пустынной шистоцерки, родиной которой являются Индия, Пакистан, Афганистан, Иран, Аравия, Ирак, Африка. Ее стаи, достигающие иногда 100 километров в длину и 80 в ширину, не раз уничтожали посевы и естественную растительность в странах Азии и Африки, принося целым странам голод и разорение.

Перейти на страницу:

Все книги серии Эврика

Похожие книги

Глаз разума
Глаз разума

Книга, которую Вы держите в руках, написана Д. Хофштадтером вместе с его коллегой и другом Дэниелом Деннеттом и в «соавторстве» с известными мыслителями XX века: классическая антология эссе включает работы Хорхе Луиса Борхеса, Ричарда Доукинза, Джона Сирла, Роберта Нозика, Станислава Лема и многих других. Как и в «ГЭБе» читателя вновь приглашают в удивительный и парадоксальный мир человеческого духа и «думающих» машин. Здесь представлены различные взгляды на природу человеческого мышления и природу искусственного разума, здесь исследуются, сопоставляются, сталкиваются такие понятия, как «сознание», «душа», «личность»…«Глаз разума» пристально рассматривает их с различных точек зрения: литературы, психологии, философии, искусственного интеллекта… Остается только последовать приглашению авторов и, погрузившись в эту книгу как в глубины сознания, наслаждаться виртуозным движением мысли.Даглас Хофштадтер уже знаком российскому читателю. Переведенная на 17 языков мира и ставшая мировым интеллектуальным бестселлером книга этого выдающегося американского ученого и писателя «Gödel, Escher, Bach: an Eternal Golden Braid» («GEB»), вышла на русском языке в издательском Доме «Бахрах-М» и без преувеличения явилась событием в культурной жизни страны.Даглас Хофштадтер — профессор когнитивистики и информатики, философии, психологии, истории и философии науки, сравнительного литературоведения университета штата Индиана (США). Руководитель Центра по изучению творческих возможностей мозга. Член Американской ассоциации кибернетики и общества когнитивистики. Лауреат Пулитцеровской премии и Американской литературной премии.Дэниел Деннетт — заслуженный профессор гуманитарных наук, профессор философии и директор Центра когнитивистики университета Тафте (США).

Дуглас Роберт Хофштадтер , Оливер Сакс , Дэниел К. Деннетт , Дэниел К. Деннет , Даглас Р. Хофштадтер

Биология, биофизика, биохимия / Психология и психотерапия / Философия / Биология / Образование и наука
Логика случая. О природе и происхождении биологической эволюции
Логика случая. О природе и происхождении биологической эволюции

В этой амбициозной книге Евгений Кунин освещает переплетение случайного и закономерного, лежащих в основе самой сути жизни. В попытке достичь более глубокого понимания взаимного влияния случайности и необходимости, двигающих вперед биологическую эволюцию, Кунин сводит воедино новые данные и концепции, намечая при этом дорогу, ведущую за пределы синтетической теории эволюции. Он интерпретирует эволюцию как стохастический процесс, основанный на заранее непредвиденных обстоятельствах, ограниченный необходимостью поддержки клеточной организации и направляемый процессом адаптации. Для поддержки своих выводов он объединяет между собой множество концептуальных идей: сравнительную геномику, проливающую свет на предковые формы; новое понимание шаблонов, способов и непредсказуемости процесса эволюции; достижения в изучении экспрессии генов, распространенности белков и других фенотипических молекулярных характеристик; применение методов статистической физики для изучения генов и геномов и новый взгляд на вероятность самопроизвольного появления жизни, порождаемый современной космологией.Логика случая демонстрирует, что то понимание эволюции, которое было выработано наукой XX века, является устаревшим и неполным, и обрисовывает фундаментально новый подход — вызывающий, иногда противоречивый, но всегда основанный на твердых научных знаниях.

Евгений Викторович Кунин

Биология, биофизика, биохимия / Биология / Образование и наука