Читаем Враг народа полностью

Среди молодежи смертность, также очень высокая, связана с другими факторами: умирают в первую очередь от передозировки наркотиков и хронических болезней, обострившихся в связи с наркоманией. Умные таможенники и милиция в один голос кричат: «Нужно жестко ограничить миграционный поток, везущий героин из Таджикистана в Россию». Но правительство, как будто нарочно, вводит безвизовый режим для Киргизии и Таджикистана… Поразительно обоснование этого решения: «Чтобы россияне смогли ездить в Таджикистан и Киргизию без загранпаспортов»! А нужно ли это нам, гражданам России? Каков процент наших граждан, которые нуждаются в облегченном режиме для попадания в Таджикистан?

По масштабам геноцида российской молодежи, погибающей от передозировки «тяжелыми наркотиками», героин должен считаться «оружием массового уничтожения», а его производство, транспортировка и распространение в России — полномасштабной агрессией против нашей страны.

В 2003 году мне довелось обсуждать проблему афганского героина с первым заместителем государственного секретаря США Ричардом Армитиджем. В ответ на мой вопрос, почему их войска в Афганистане не уничтожают резко выросшие за время американской оккупации наркопосевы, высокопоставленный чиновник сказал: «Но этот героин не идет в США!». По-моему, очень логичный ответ.

Но вот бездействие нашей власти — нелогично и преступно. Как можно было сохранить безвизовый режим с Таджикистаном и распахнутую границу на юге при таких масштабах убийства российской молодежи? Остается только догадываться о степени зависимости от наркомафии конкретных государственных чиновников, принимающих такие катастрофические для страны решения.

Проблема демографического коллапса, в котором мы оказались, не должна терпеть никакого лицемерия, в том числе и в вопросах национальных. Исследования показывают, что основные потери населения России приходятся на народы Русской равнины, которые, кроме башкир и калмыков, потеряли от 10 % до 40 % численности. Все народы Сибири свою численность увеличили на 20–40 процентов. Что касается народов Кавказа, то большинство из них в 1990-е годы увеличили свою численность не на проценты, а существенно — до двух раз. Исключение составили лезгины и единственный в основном православный народ Северного Кавказа — осетины. Их численность уменьшилась.

Из приведенных данных становится понятно, что фактически депопуляция сегодня является характерным признаком принадлежности или тяготения к русской нации. Весьма любопытен факт, что это относится, например, и к татарам, которые в вопросах воспроизводства населения копируют поведение русских, а не мусульманских народов России.

Нельзя не отметить того факта, что уровень рождаемости снижается по всей России, во всех ее регионах. Исключением является уровень рождаемости в Чечне. Во всех остальных областях и республиках Российской Федерации уровень рождаемости значительно и неуклонно падает — просто у одних (в первую очередь у русских, карелы, мордвы) демографический ураган уже свирепствует, а на других — медленно надвигается как отсроченная угроза.

Устранить ее может только решительная смена государственной политики. Русские, как это часто бывает в истории, приняли на себя главный удар, но и переломить гибельную тенденцию можно только при одном условии: вдохнув в русских и культурно близкие им народы новую жизнь, волю к возрождению и преумножению нации. Как всегда, вслед за русскими, эту жизнеутверждающую волю поддержат все народы России. Альтернативу такому пути — завоз в Россию инокультурных иммигрантов — надо воспринимать как подрыв права нашей нации на существование. Надо поощрять собственную рождаемость, а не завозить эшелонами китайцев, афганцев, вьетнамцев и африканских негров. Причем, эти меры по поддержке рождаемости должны учитывать реальную картину со смертностью и рождаемостью в каждом отдельном российском регионе. Часть из них должна применяться в полной мере в тех краях и областях, которые будут признаны «демографически неблагополучными».

В демографически благополучных регионах (демонстрирующих устойчивый рост рождаемости и естественный прирост коренного населения) применение мер поддержки должно быть более скромным и избирательным. Правами на соответствующие дотации должно обладать только коренное население данных регионов. Если в результате стимулирующей политики государства тот или иной регион в течение как минимум четырех лет начинает демонстрировать убедительный естественный прирост населения, то он признается демографически благополучным.