Читаем Враг народа полностью

Взяв лист бумаги, мы набросали примерный список известных и уважаемых в патриотическом движении людей, кого было бы желательно пригласить в избирательный список нового блока. Генерал армии, Герой Советского Союза Валентин Варенников, легендарный советский разведчик, генерал-лейтенант Николай Леонов, знаменитый ведущий православной передачи и издатель одноименного журнала «Русский дом» Александр Крутов, доктор исторических наук, публицист Наталия Нарочницкая, бывший глава Центробанка Виктор Геращенко, доктор политических наук Андрей Савельев, депутат Госдумы Александр Чуев, бывший министр обороны Игорь Родионов, бывший командующий ВДВ генерал-полковник Георгий Шпак, первый заместитель председателя профсоюза работников угольной промышленности Рубен Бадалов, ректор Санкт-Петербургского военномеханического университета, доктор технических наук Юрий Савельев, автор телепередачи журналистских расследований «Наша версия: Под грифом СЕКРЕТНО» Михаил Маркелов, многие, многие другие… Мы заполняли одну клеточку за другой и понимали, что участвуем в формировании «команды всех звезд» русского патриотического движения.

Основой блока была избрана «Партия российских регионов». Глазьев являлся одним из ее сопредседателей. Помимо него в руководство этой организации входили Юрий Скоков, Олег Денисов, Шамиль Султанов, Олег Кутафин — мои прежние коллеги по избирательному объединению «Конгресс русских общин».

Глазьев представил мне своего делового партнера, талантливого ученого и бизнесмена Александра Бабакова, а также Марата Гельмана, которого Скоков привлекал к подготовке агитационной кампании КРО на думских выборах 1995 года. Позже этот самый галерист Гельман, специалист по «интеллектуальным провокациям», как он сам себя называет, прославился организацией скандальных выставок и богоборческих выходок. Кроме того, имея связи среди либералов, и затусовавшись в пул кремлевских политтехнологов, или, как их называют журналисты, — «жмейкеров», Гельман получал подряды на организацию избирательных кампаний и пиара политиков. Он «засветился» в ельцинском штабе на президентских выборах 1996 года, делал шоу-кампанию движению «Новая сила» Сергея Кириенко, вел несколько избирательных кампаний, в том числе тому же Кириенко по выборам московского мэра и СПС — на думских выборах в 1999 году. Естественно, от присутствия в нашей компании такого персонажа меня, мягко говоря, слегка покоробило, и я объявил Глазьеву, что с Гельманом работать не буду. Сергей, подумав, согласился.

В начале сентября нам обоим позвонил Сергей Бабурин. Мы не видели его четыре года — с тех пор, как в 1999 году он с треском проиграл думские выборы. Несмотря на наши прошлые разногласия, вызванные бабуринской фанаберией, я считал, что новый блок должен быть общим для всех патриотов, и рекомендовал Глазьеву взять его в «команду». Вместе с ним в блок пришли Николай Павлов, Сергей Глотов, Анатолий Трешневиков и другие опытные парламентарии.

Сложным оказалось определиться с названием нашего объединения. Остановились на имени «Родина». По просьбе Глазьева добавили к нему словосочетание — «народно-патриотический союз». Мы договорились, что я возглавлю избирательную кампанию, а Сергей — сам избирательный список.

13 сентября список кандидатов в депутаты от блока «Родина (народно-патриотический союз)» был утвержден на съездах блокообразующих партий. А на следующий день в гостинице «Золотое кольцо» в присутствии журналистов собралась учредительная конференция самого блока.

Глазьев выступил первым. Как полагается лидеру списка, он представил развернутую программу нашего избирательного объединения, разработанную при участии лучших ученых-экономистов Академии наук России. Это, безусловно, был очень содержательный документ, однако участники блока были с ним знакомы, а для журналистов он показался не очень занимательным, и скоро они потянулись к выходу. Я же решил выступить в контрасте с его суховатым докладом. Я понимал, что времени крайне мало, мы вынуждены стартовать с нулевого рейтинга, и даже с очень низкой узнаваемостью. А это требовало от нас здорового эпатажа. В своем выступлении я заметил, что важнейшей задачей блока «Родина» является не допустить реставрации власти образца 90-х годов с ее либерально-воровской приватизацией, развалом экономики и распродажей национальных интересов России. В сознании граждан это все устойчиво ассоциируется с лицами Чубайса, его друга и подельника Коха, вылинявшего плейбоя Немцова и прочих «героев» ельцинских реформ. А закончил я выступление стишком из нашумевшего русского боевика «Брат-2»:

Говорят, что у меняЕсть огромная семья:И тропинка, и лесок.В поле — каждый колосок.Речка, небо голубое —Это все мое, родное.Это Родина моя.Всех люблю на свете я!
Перейти на страницу:

Похожие книги

Воевали на «гробах»! Упадок в танковых войсках
Воевали на «гробах»! Упадок в танковых войсках

«Вы заставляете нас летать на "гробах"!» – заявил Сталину в начале 1941 года командующий ВВС Красной Армии Павел Рычагов, поплатившийся за откровенность жизнью: он был арестован на третий день войны и расстрелян в конце октября, когда немцы стояли уже под Москвой, – что лишь подтверждало его правоту! Более того, слова Рычагова можно отнести не только к «сталинским соколам», но и к танковым войскам. Вопреки расхожим мифам о «превосходстве советской техники» РККА уступала противнику по всем статьям, а редкие успехи в самолёто– и танкостроении были результатом воровства и копирования западных достижений. Судя по катастрофическому началу Великой Отечественной, Советская власть и впрямь заставила армию ВОЕВАТЬ НА «ГРОБАХ», расплачиваясь за вопиющие ошибки военного планирования чудовищными потерями и колоссальными жертвами.Как такое могло случиться? Почему, по словам академика П. Л. Капицы, «в отношении технического прогресса» СССР превратился в «полную колонию Запада»? По чьей вине советская наука отстала от мировых лидеров на целые десятилетия, а войска истекали кровью без надёжной техники и современных средств управления, наведения, разведки, связи?.. Отвечая на самые неудобные и болезненные вопросы, эта книга доказывает, что крылатая фраза «Порядок в танковых войсках!» – не более чем пропагандистский миф, что Красная Армия была под стать сталинскому монструозному государству – огромная, неповоротливая, отвратительно управляемая, технически отсталая, – на собственном горьком опыте продемонстрировав неэффективность рабовладельческой системы в эпоху технологий.

Владимир Васильевич Бешанов

Военная история / История / Образование и наука
ЦРУ и мир искусств
ЦРУ и мир искусств

Книга британской журналистки и режиссёра-документалиста Фрэнсис Стонор Сондерс впервые представляет шокирующие свидетельства манипуляций ЦРУ в сфере культурной политики в годы холодной войны. На основе скрупулёзно собранной архивной информации автор описывает деятельность ЦРУ по финансированию и координации левых интеллектуалов и деятелей культуры в Западной Европе и США с целью отдалить интеллигенцию от левых идей, склонить её к борьбе против СССР и привить симпатию к «американскому пути». Созданный и курируемый ЦРУ Конгресс за свободу культуры с офисами в 35 странах являлся основным механизмом и платформой для этой работы, в которую были вовлечены такие известные писатели и философы, как Раймонд Арон, Андре Мальро, Артур Кёстлер, Джордж Оруэлл и многие другие.

Френсис Стонор Сондерс , Фрэнсис Сондерс , Фрэнсис Стонор Сондерс

Детективы / Военное дело / Публицистика / Военная история / Политика / Спецслужбы / Образование и наука / Cпецслужбы