Читаем Вперед, к победе полностью

Россия — имманентно внекапиталистическая, а следовательно — антикапиталистическая система, которая порождала и, пока существует, будет постоянно порождать мощное сопротивление капиталу и его хозяевам, порождать его экзистенциально. Ибо для России и русских капитализм — это смерть, это «3 Д» — депопуляция, дерусификация, деградация (тотальная — власти, общества, экономики и культуры). Отсюда ненависть буржуинов, прежде всего россиянских, к России и русским — национальная по форме, классовая по содержанию. Проект «десталинизаторов2011» в области массовой психологии и политики не случайно появился одновременно с докладом ИНСОР, посвящённом экономическим планам «ультралиберального» сегмента НПГ й напоминающим разговоры Лисы Алисы и Кота Базилио о золотых, которые надо закопать на Поле Чудес (помойке) в Стране Дураков, — это две стороны одной медали. Стихийный «сталинизм» населения — ответ на эту ненависть и таящуюся в ней угрозу, интуитивное понимание того, в какой стороне искать спасения от «профессоров», работающих по принципу «для вас — и рубашка с вас» и подталкивающих к пропасти.

В борьбе буржуинов и их плохишей из местных против России и русских главный удар планируется нанести по сознанию, нанести поражение в сфере культуры. Последнее, как верно заметил Жан Франсуа Ревель, является самым унизительным и, добавлю я, обезволивающим — в этом смысл и задача призывов «каяться». «Модернизация сознания» — это попытка изменить его таким образом, чтобы заставить русских принять капитализм, социальную несправедливость и лишить духовного каркаса сопротивления. «Сталинизм» — это такой ярлык, который можно будет навесить на любой критический анализ постсоветского общества и механизма его возникновения, не говоря уже о социальной критике или, тем более, сопротивлении.

Ярлык «сталинизм» также может служить предупреждением, негативным сигналом для той части постсоветских верхов, которая, решая свои проблемы, попытается ужесточить контроль над НПГ, вытеснив ультралибералов, и приступить к реальной модернизации страны, которая возможна только как мобилизация, как формирование мобилизующего стратегического субъекта с чрезвычайными полномочиями. Вот для этого последнего и заготовлена наклейка «сталинизм». Запрет на профессию (с помощью этой наклейки) должен забокировать формирование такого субъекта, который способен провести политическую зачистку либералов-антигосударственнйков. Однако тем самым, вопреки замыслу, десталинизаторы как раз способствуют оформлению именно такого субъекта: здесь напрашивается аналогия с 1918 г., когда, по признанию Троцкого, гражданская война способствовала превращению большевистского режима из совокупности разобщённых «кубиков» в монолит. Аналогичным образом опасность со стороны левых создала блок фронтовиков и «правых» в Германии осенью 1919 г., тогда как отсутствие непосредственных врагов у немецких «левых» в том же 1919 г. лишила революцию цели — не за что и не против кого. «Десталинизаторы-2011», по сути, предлагают власти проект подковёрной холодной гражданской войны против большей части населения. Ну что же, как говорится, ищите и обрящете, стучите и отверзнется. Причём отверзнуться может так, что мало не покажется. Ведь вряд ли те, кто в 1920-е годы хотел искоренить «идиотизм русской жизни» и чертил «ножами по живому телу» (Н. Коржавин), думали о том, как ответит на насилие русская история десять лет спустя. Всё-таки надо учить уроки истории.

К контрпродуктивному аспекту деятельности десталинизаторов я ещё вернусь, а сейчас — о чисто психологическом аспекте «десталинизации-2011». Достижения СССР находятся за пределами возможностей НПГ РФ, они — источник их комплекса исторической неполноценности, несостоятельности, а потому их надо обгадить, а память об СССР — об обществе с установкой на социальную справедливость, высокую культуру и мораль, об обществе с ответственными верхами и народом-творцом — стереть. Средство стирания — объявление всего советского прошлого сплошным «самогеноцидом», «сталинизмом», «пороком». Даже творческого характера системы, её ориентацию на человека-творца (в любой сфере), как на идеал, не могут простить советской власти сегодняшние бездари — до такой степени, что само стремление создать человека-творца объявляется порочным. Так, в своем интервью «МК» министр А.А.Фурсенко заявил, что пороком советской системы образования было стремление создать человека-творца, тогда как задача образования РФ — создать квалифицированного потребителя, способного пользоваться результатами труда других.

Комментарии излишни. Так выражаться может только начальник конторы «Похоронное бюро российского образования». Впрочем, не есть ли это лишь сектор более крупного похоронного бюро, и не впору ли этому бюро задуматься о переходе на самообслуживание?