Кроукеру все же никак не удавалось полностью сконцентрироваться на предстоящем ему трудном деле.

– Куда доставить снаряжение? – спросил Майер. Ветерок раздувал полы его смокинга. – Скажем, в...

– Я сам назову время и место, Майер, – перебил его Кроукер.

Адвокат послушно склонил голову.

– Как пожелаете, сэр.

– В половине девятого вечера, бар отеля «Рейли».

– Чудесное местечко. – Едва заметная улыбка появилась на губах Майера. – Одобряю ваш выбор. – Внезапно выражение его лица резко изменилось. – Я хотел бы предупредить вас, сэр, что вы не должны заблуждаться на мой счет только потому, что были свидетелем моей минутной слабости. Мне все известно о ваших попытках заполучить донорскую почку без моего ведома и без выполнения условий нашей сделки. Запомните, вам не удастся заполучить эту почку, пока я лично не удостоверюсь в том, что обещание выполнено и сердце негодяя перестало биться.

– А как вы сумеете в этом удостовериться?

Майер откинул волосы со лба.

– Не волнуйтесь, сеньор, обязательно сумею. Ведь мне за это очень хорошо платят.

Адвокат встал и направился к своей машине. Под его ногами хрустел песок. Кроукер молча смотрел, как он садится за руль и осторожно выезжает на дорогу. Он думал о бумажнике из крокодиловой кожи, о том, что его владелец, Майер, наблюдал за тем, как Рейчел и Стански занимались любовью в угоду сатане.

Марсель Лохас Диего Майер, адвокат, был одновременно владельцем прокатной фирмы в районе Маргейт, которого звали Трей Мерли.

Когда зеленый «линкольн» скрылся из виду, Кроукер встал и медленно направился под зеленый навес «Ньюс кафе». Там он заказал большой фужер свежевыжатого апельсинового сока пополам с соком сладкого лимона, яичницу из двух яиц с острым томатным соусом и двойную порцию бекона.

Хейтор назвал его исполнителем. Что он хотел этим сказать? Взяв свой фужер, Кроукер уселся за свободный столик. Все тело ныло от бесчисленных ушибов и синяков. С наслаждением потягивая сок, Кроукер стал разглядывать окружавшую его публику. Фотографы и звукооператоры, снимавшие здесь рекламные клипы, поедали пончики с кока-колой. Туристы фотографировались у входа в ресторан. В воздухе пахло овощами, пряностями и парфюмерией. Мимо Кроукера весело просеменил маленький терьерчик, которого вела на поводке молодая женщина в бикини. День разгорался.

4

Гигантский электрический скат лениво парил в зеленой толще воды, втягивая планктон, как огромный пылесос. Он был черным, с заостренными плавниками и длинным, хлыстообразным хвостом.

Кроукер и Рейф Рубиннет широкими кругами плавали вокруг ската, стараясь держаться на безопасном расстоянии.

По-испански этот скат назывался «манто», и сверху он действительно походил на колышущийся черный плащ. Но когда Кроукер поднырнул под ската, оказалось, что брюхо у него совсем светлое. Кроукеру подумалось, что Бенни и Майер похожи на такого ската – они тоже были словно окутаны плащом, скрывающим их истинную сущность.

Дотронувшись до руки Кроукера, Рейф показал на свои наручные часы, а затем ткнул пальцем вверх. К его руке было привязано коротким нейлоновым шнуром ружье для подводной охоты, стрелявшее гарпуном. Настало время подниматься на поверхность. Кроукер кивнул, заработал ластами и стал подниматься вверх, где сквозь толщу воды темнело днище катамарана, принадлежащего Рейфу.

Глянув вниз, он увидел ската, погружавшегося в свой загадочный подводный мир, где не было места человеку. Он поймал себя на мысли, что было бы неплохо уплыть туда вместе с ним, скинуть с души свинцовую тяжесть страшных обстоятельств и навсегда уйти в иной мир.

Когда Кроукер вынырнул на поверхность, солнечные блики на воде почти ослепили его. Поджидавшие матросы быстро подняли на борт катамарана акваланги, ласты и прочее снаряжение. Кроукер и Рейф друг за другом забрались на катамаран по скользкой от морских водорослей веревочной лестнице. Кроукер с наслаждением ступал босыми ногами по надраенной и согретой солнцем палубе. Как и обещал Рейф, подводная прогулка освежила его. Они сняли с себя маски и мокрые водолазные костюмы и остались в одних плавках. Разглядывая бордовые и сине-зеленые синяки на теле Кроукера, Рейф не удержался от охов и ахов.

– Бог ты мой, тебе нужен хороший отдых!

С этими словами Рейф бросил Кроукеру большое махровое полотенце.

– Вот это и есть хороший отдых, – весело ответил тот, вытираясь.