Читаем Возвращение пираньи полностью

Распахнул дверцу и спрыгнул, держа автомат на изготовку, пошел к перекрестку. Оказавшись там, посмотрел в обе стороны – ага, в том направлении, куда умчались джипы, виднеется алое зарево, значит, там как раз и полыхает особнячок... Ну, компас есть, карта есть, вокруг пока что тишина... Не самый веселый расклад, но лучше себя чувствуешь, чем там, во дворе...

Он вернулся к машине, достал из кармана карту и, разложив ее на сиденье, посветил фонариком. Показал нагнувшейся от руля Ольге:

– Мы, стало быть, здесь... Рвануть можно сюда либо сюда – это если стремиться в Барралоче...

– И обе дороги они перекроют, – сказал просунувшийся меж передних кресел Франсуа.

– Молчал бы, стратег, – сквозь зубы сказал Мазур. – Видел дураков, но таких, как твой шеф...

– Нервы не выдержали...

– Что это за шеф, у которого вдруг обнаружились нервы? Ладно, замнем пока. В самом деле, я бы на их месте первым делом все заблокировал тут и тут... Эта дорожка будет подлиннее и попетлистее, но все-таки, если верить карте, выводит прямиком на Панамериканское шоссе, а горючего у нас... – Он посмотрел на светящуюся желтым стрелку. – Ну, бывает хуже... Оля, может, я поведу?

– Сиди и стреляй, если что, – отрезала она. – Сам же видел, у меня вроде бы неплохо получается...

– Ладно. – Мазур свернул карту, сунул в карман и прыгнул на сиденье. – Сворачивай влево, и будем искать вот этот хитрый перекресток...

– Да что вы топчетесь? – истерически завопила Лара. – Поехали! Пока они не вернулись!

– Погоди-ка, – сказал Мазур Ольге. Повернулся назад: – Вот что, кукла, давай-ка сразу наладим деловые отношения. Ты сидишь и старательно молчишь, как рыбка окунь. Или рыбка стерлядь, что тебе больше нравится... Ясно? И...

– Да кто ты вообще такой?! – закричала она Мазуру в лицо. – Твой номер вообще десятый, тебе приказали, вот и шевели жопой!

Ухватив ее за ворот блузки, Мазур неторопливо подтянул к себе поближе и помолчал, дожидаясь, когда она окончательно заткнется. В такой позе они просидели с полминуты – как ни покашливал Франсуа, явно выражая живейшее неодобрение стилем обхождения Мазура. Игнорируя его, Мазур сказал:

– Тихо. Понятно? Не дома. Не ори, не дома, и дома не ори... Если будешь орать и дергаться, рано или поздно из-за тебя где-нибудь вляпаемся. Я лучше знаю, что делать, работа такая. Усекла?

Она слабо повозилась, пытаясь высвободиться, сварливо пробурчала:

– Ладно, замнем. Я...

– Понимаю, – сказал Мазур веско, с расстановочкой. – Переживания и нервы. Только выбираться будем спокойненько, без скандалов в благородном семействе... Ну? Молчим и слушаем приказы?

– Угу, – проворчала Лара.

– Поехали, – сказал Ольге Мазур.

– Бог ты мой, вы бы знали, какие скоты... – забубнила сзади Лара. – Я все представляла совершенно по-другому...

Выругавшись про себя, Мазур все же не вмешался – нервное недержание речи, скоро пройдет. Еще несколько минут она тихо бубнила про нешуточные переживания и свою горькую участь. Из этих сумбурных, накипевших жалоб Мазур так и не понял, кто же она, собственно, такая. Однако в его глазах она все меньше походила на «радистку Кэт», создавалось впечатление, что Лара вообще не имеет никакого отношения к играм – вот только каким образом это холеное домашнее дитя (а именно такое мнение у него осталось при недолгом беглом общении) угодило из России в столь экзотические края и почему ее освобождению придают такое значение? Ребус... Ну не может это быть разведчица, не может!

– Ты хоть документы прихватила? – спросил он у Ольги. – А то мы, признаться, без единой бумажонки...

– Будь спокоен, – ответила она почти весело. – И наше магическое «сальвокондукто», и все бумаги, кроме того, всегда можем сослаться на сеньора бригадного комиссара, что на любой патруль подействует не менее магически. Ну а разбираться с д р у г и м и – это уже ваша забота, вон как вы стволами увешаны...

– Но как же...

Ольга фыркнула, не поворачиваясь к нему:

– Милый, мне жутко неудобно, но ты должен понимать всю пикантность и сложность положения промышленной шпионки, приставленной к вам человеком, который не любит шутить и всю мою дальнейшую карьеру способен поломать играючи... Уж прости, но я пресловутым женским чутьем сразу поняла, что с тобой творится нечто неладное, я тебя уже научилась понимать. Что-то произошло – какие там, к черту, перепутанные грузы... Ни на какой прием к комиссару я, конечно, не пошла, а быстренько раздобыла через портье машину, подождала, пока вы выйдете из отеля, и примитивно двинулась следом на приличном расстоянии. Можешь обижаться, можешь злиться, но теперь, когда нет Лопеса, я единственная за вас отвечаю. Наконец, есть еще одна причина, но ты, болван, до нее вряд ли можешь додуматься... В общем, я появилась вовремя, vеrdad? Сказал бы спасибо, а не сидел с глуповатой физиономией...

– Это какая еще причина? – тупо спросил Мазур.

Ольга театрально вздохнула, закатив глаза: