Я действительно вымотался вконец. Я вел себя нагло и вызывающе не только из-за злости и обиды. Еще был страх. Слишком велики были ставки, и слишком много власти было в руках этих людей. И в дальнейшем нельзя было с легкостью поменять поведение и выполнять все, что скажут, поэтому опять придется с ними играть и что-то требовать для себя. Очень многие считают глупостью готовность помочь по первому требованию и ничего не получить за помощь. Ладно, осталось два дня каникул, а потом последняя четверть. В связи с тем, что отпала надобность в писанине, у меня освободилось много времени, и его нужно было чем-то занять. Спортом я тоже стал заниматься меньше. Смысла в том, чтобы накачивать мышцы сверх того, что уже есть, я не видел, просто поддерживал форму. Кстати, если пристегнут к работе, нужно будет попросить, чтобы меня натаскали на бой, а ближе к лету можно будет поговорить об отпуске. Не хотел я расставаться с Люсей даже на месяц, вот пусть и устроят нам отдых в одном из санаториев на море. Им это ничего не стоит сделать, а к родственникам пусть родители съездят сами или с сестрой. И насчет места жительства нужно будет подумать. Ну не хотел я ехать на юг. Если дадут квартиру в Минске, меня это вполне устроит, а к родителям мамы будем ездить в гости. Так, кое-что для разговора с седым у меня начало набираться.

Утром я сделал свои упражнения, принял душ, позавтракал и позвонил Люсе. Трубку взяла Надежда.

- Приходи, - сказала она, услышав мой голос. - Дочь тебя уже ждет.

И вздохнула.

Выйдя на улицу, я столкнулся с изнывающим от скуки Игорем.

- Привет, - обрадовался он. - Ты что, вчера опять куда-то ездил?

- Здравствуй, - отозвался я. - Пришлось, понимаешь, помогать правительству. Ни фига сами не в состоянии сделать.

- Ври больше! - сказал он. - Самое дурное время. Все тает, ни на лыжах, ни коньках уже не покатаешься, а для велосипеда или мяча слишком рано. По телевизору ничего хорошего нет, а в кинотеатр привезли какого-то "Зайчика".

- А что, неплохая кинокомедия, - сказал я. - Надо будет сходить на нее с Люсей.

- А как у тебя с ней? - с интересом спросил он.

- Отдают в жены, - сказал я. - Правда, ждать еще четыре года.

- Повезло тебе с ней. Вы хоть целовались?

- Ты что? - ответил я, отшатнувшись в притворном испуге. - Мы всем обещали, что никаких глупостей не будет! Ладно, счастливо скучать, а я побежал.

Люся встретила меня у подъезда.

- Пойдем погуляем, - сказала она, беря меня за руку. - Не хочу сидеть дома. И не поговоришь толком из-за Оли, и погода просто замечательная!

- Я только "за", - ответил я. - Мы и так зимой мало гуляли. Слушай, давай сходим в кино. Я его видел пару раз, но с тобой схожу. Не шедевр, но посмеешься.

- Я с удовольствием, - ответила подруга. - Мы с тобой в кино только один раз ходили.

- Только что видел Игоря. Завидует, что ты выбрала меня, а не его. Счастливый ты, говорит, что у тебя такая невеста!

- Когда я еще буду невестой! - вздохнула она, огляделась и прижалась ко мне. - Нам с тобой теперь многие завидуют, и не только одноклассники. Ты просто не замечаешь, как на тебя смотрят девчонки из старших классов. Ленка, кстати, тоже стала посматривать. Узнаю - выцарапаю глаза!

- Ревность - это паршивое чувство, - сказал я своей любви. - Никогда не дам тебе для нее повода. Все прошлое пусть в прошлом и остается, а у нас с тобой впереди сто лет жизни. Проживем их в любви и умрем в один день. Ну вот, а плакать-то зачем?

Глава 14

- Совпадает? - спросил полковник милиции Илья Денисович Юркович.

- Триста девяносто восемь, - ответил Машеров. - Или он опять округлил, или еще не всех нашли.

- Два человека - это ерунда, - сказал Юркович. - Могла и пресса округлить.

- А что у нас по группе Сенцова?

- Все люди, упомянутые в записях за последние десять лет, реально существуют. Дальше проследить трудно. Все записи логически увязаны, явных ляпов они не обнаружили. Если все так и будет, это золотое дно. Остается решить, как лучше использовать.

- А что по Академии наук?

- Купревич пока подобрал в группу три десятка человек. За них он ручается. Фотокопии части первой тетради отданы на изучение. Работают в институте физики твердого тела и полупроводников. Работы только начаты, поэтому о результатах говорить рано. Что думаешь делать с мальчишкой?

- Какой он мальчишка! - усмехнулся Машеров. - Старше нас с тобой.

- Я сужу по поведению. Обидчив не в меру и склонен к крайностям: выложил все, не потребовав ничего взамен, привязан к этой девчонке... Может быть, он и прожил восемьдесят лет, но я его возраст почувствовал только по разговору.

- Я думаю, он еще потребует, - сказал Машеров. - Тетради - это только выписки всего самого важного. А сколько всего мог запомнить этот человек? Одни его записи рекомендаций чего стоят. Полторы сотни человек на ликвидацию! А ты говоришь, мальчишка!

- Я бы там тоже многих ликвидировал, - сказал Юркович. - Во всяком случае, если все написанное о них правдиво. Только кто их даст тронуть?

- Судя по записям, Андропов их тронет.