Читаем Возвращение (Окончательный вариант) полностью

Лучше бы и я ее в прошлый раз так же поцеловал. Слишком много всколыхнулось в душе, подняв наверх такой пласт воспоминаний, которому лучше было до времени лежать на дне моей памяти. Вот надо подсовывать голодному книгу о вкусной и здоровой пище? Как я говорил, так и вышло. Что-то я в последнее время стал часто делать глупости. Возвращаюсь к прежнему состоянию? И ведь всех неприятностей можно было избежать, если бы я просто сел и обдумал последствия.

- Пойдем, - вздохнул я. - Мама уже, наверное, управилась.

Мы уже заканчивали свои порции, когда пришел отец.

- У нас гостья! - радостно улыбнулся он Люсе.

- Это Люся Черзарова, - представил я подругу. - А твое имя она знает.

Мама варила такие борщи, в которые можно было ставить ложку. Мяса и сметаны в них тоже было с избытком, поэтому поев борщ, я часто уже не мог осилить второго. Сейчас мы тоже наелись первым, после чего я сказал, что пойду провожать подругу. Я помог ей одеться, оделся сам и прихватил свой портфель и мамин зонт. В портфеле лежали тетради, а зонт я старался держать так, чтобы моя спутница меньше промокла. Всю дорогу шли молча и только в подъезде, забирая свои тетради, она спросила, почему я поспешил от нее избавиться.

- Я каждый вечер должен выполнить уйму дел, - сказал я чистую правду. - Кое-что можно отложить, но очень немногое. Остальное я делаю в обязательном порядке. Не спрашивай что и почему, пока это секрет. Долго это не продлится, но пока я сильно ограничен в свободном времени. Не обижайся, ладно? И спасибо за то, что ты пришла.

Я застегнул портфель и выбрался из подъезда под противный осенний дождь. Дома ко мне подкатила сестра.

- У тебя с Черзаровой серьезно?

- Тебе это так интересно? - удивился я.

- Откуда взял песню, которую ей пел?

- Подслушивала?

- Только песню, - кивнула сестра. - Потом сразу ушла, но ее рев услышать успела. Потому и спрашиваю. Такие песни наедине поют только любимым, а я в тебе любви не вижу. Так откуда песня?

- Тань, извини, но этого я тебе сказать не могу.

- Ты стал совсем другим, - задумчиво сказала сестра. - И я никак не могу понять, плохо это или хорошо.

- А что в этом может быть плохого? - с недоумением спросил я. - Я многого достиг и достигну еще большего.

- Ты жил... - она ненадолго задумалась, подбирая слово. - Беззаботно. Пожалуй, даже слишком. Таким и должно быть детство. А сейчас ты вечно озабочен и на что-то нацелен. Эти бесконечные занятия и куча секретов... Тот брат, который у меня был, исчез. Ты сильнее и умнее его, но вот лучше ли?

- Хуже, что я отлично учусь и заработал кучу денег?

- Деньги это хорошо, - кивнула она. - Но все равно, когда я вспомню, каким ты был, почему-то становится грустно. Ладно, забудь.

Забудешь тут! Сначала мама, теперь она. Беззаботности им во мне не хватает! По-моему, мне наоборот не хватает осторожности и предусмотрительности. Все время тянет выпендриваться. Точно ребенок резвиться! А теперь еще нужно ждать неприятности от издательства. Чувствую, отольется мне гонорар за ворованную книгу кучей неприятностей! И ждать все эти неприятности следует после выхода в свет сборника. По плану это февраль следующего года. Вздохнув, я пошел заполнять две тысячи пятый год. Скоро закончу третью тетрадку и нужно будет начинать следующую. Как же надоела эта писанина! Писал я всего полчаса и закончил октябрьскими беспорядками во Франции. В ноябре вспомнились только испытания "Тополя-М", а в декабре вообще ничего важного не было.

Обычно я не просыпался ночью, этой я проснулся и не сразу сообразил, что увидел. Я лежал ногами к окну, выходившему на площадку, где у нас играли в баскетбол и у забора стояли скамейки. В ночное время там горел фонарь, и сейчас в его свете неслись и кружились бесчисленные снежинки. Утром за окнами все было покрыто снегом, а термометр показал минус пять. Дома, как и в школе, давно топили, поэтому было тепло, на улице после осенней сырости было холодновато, но хорошо! У меня было теплое осеннее пальто, а до школы идти всего ничего, поэтому из зимних вещей я взял только меховую шапку и теплый шарф.

- Как хочешь, - не стала настаивать мама. - Сегодня же займусь вашими вещами. Не думала, что за одну ночь так похолодает.

Я вышел из дома за десять минут до звонка и сразу же увидел идущего к забору Сергея. Он оглянулся на звук моих шагов и остановился подождать.

- Привет, - поздоровался друг. - Как съездил, нормально?

- Вызвал удивление всей редакции, - ответил я. - Они думали, что мне на несколько лет больше. Что вчера было в школе?

- А тебе разве Люся вчера не сказала? - спросил он. - Меня послали в магазин, и я ее увидел у въезда. Мне ее, честно, стало жаль. Никогда не ожидал такого от Черзаровой.

- Надеюсь, что, кроме тебя, ее никто из наших не видел, - вздохнул я. - Для меня это тоже было неожиданностью. Она вчера намерзлась на ветру, только бы не заболела.