Читаем Возвращение легенд полностью

Перешучиваясь, сделали большую глупость, полезли внутрь проклятого артефакта. Переход прошёл буднично. Как будто пересекли тонкую вуаль, состоящую из ледяной воды, перекрывающей дверной проём, и только. За ней очутились уже по ту сторону, в богато обставленной комнате.

Как оказалось, это действительно поместье, запертое в небольшом пространственном кармане. За его пределами линия горизонта расплывалась маревом красок, не позволяя разглядеть окрестности. Лишь небо, с застывшими на нём белоснежным пушистыми облаками радовало относительно чёткой картинкой, хоть и как будто нарисованной на холсте. Само поместье, разделено на несколько секторов, огороженных высокими заборами, крытыми черепицей, занимало обширную площадь. Каждый сектор состоял из десятков всевозможных строений, разных размеров и этажности, связанных многочисленными дорожками, крытыми верандами и павильончиками. Вокруг которых разбиты декоративные сады и даже крохотные пруды. Единственное чего здесь не хватало, это людей. Поместье выглядело совершенно безлюдным, но при этом цельным и опрятным, совсем не напоминая заброшенное место. Над аркой входных ворот крепилась большая именная табличка, на которой крупными иероглифами написано, - Лунная мастерская божественного Ло По Бо.

- Ну у этого аристократа и самомнение, - подивился его бесстрашию.

Власти и жречество зорко следили чтобы перед именами смертных, особенно на родовых поместьях, не употреблялись некоторые запрещённые слова. Например, - Божественный, как раз относилось к таким. Можно было представляться божественным кузнецом, пекарем, лекарем, да хоть кем угодно, но только не божественным человеком, покушаясь на родословную сына неба, да продлится его власть ещё тысячу лет. Ло По Бо что, бессмертным себя возомнил.

Цане тоже оценила игру слов, но никак не прокомментировала.

Пройдя на внутреннюю территорию поместья, фуци оживилась, оказавшись в знакомой среде, а вот я нахмурился. Видимо, теперь пришла моя очередь расплачиваться за лёгкую прогулку по катакомбам, ощущая некоторую беспомощность. Поместье целиком закрывала печать подавления духовного взора, являющейся проклятьем для сенсоров. Такое ощущение, что я разом ослеп и оглох, слыша сплошной ровный гул, мешающий видеть источники ци, ориентироваться на местности и много чего ещё. Неполноценным себя почувствовал. Как же это раздражает. Действительно, как будто поменялся местами с Цане.

- Что с тобой? - заметила наблюдательная фуци.

- Зуб разболелся. Как обычно, в самое удачное время, - схватился за щёку с болезненным видом.

Она ничего не сказала, но судя по глазам, ни на секунду не поверила в этот бред.

Соблюдая осторожность, начали исследовать северную часть поместья. Первое, что бросалось в глаза, его хозяин был или отъявленным психом, или гением, безумно любящем своё ремесло. Повсюду массово встречались произведения искусства выполненные из разных видов глины, фарфора, гипса или песчаника. Гораздо реже попадалась медь, или бронза. Аристократ, живший здесь, вполне мог называть себя великим скульптором. Практически всё вокруг состояло из этих материалов. Посуда, украшения, большая часть мебели, стены, даже полы выложены красивой узорчатой керамической плиткой. Да и внутри помещений было на чём разгуляться. Огромное количество полок, витрин, стеновых ниш, стеллажей, просто завалены десятками всевозможных изделий. Смотрелось всё это безумно красиво и искусно, но вместе с тем и придавая некоторую холодность домашней атмосфере, превращая поместье то ли в музей, то ли в склад. На мой взгляд, жить в таком доме несколько неуютно.

Особенно много наблюдалось глиняных скульптур. Они стояли практически на каждом шагу. Слуги, повара, прачки, истопники, аристократы, воины в доспехах, пешие, конные, вроде как занятых делом, или отдыхающих, пьющих чай, или несущих стражу, застывшие в самых различных позах. У каждой скульптуры своё лицо, не похожее на других. Различался и рост, и комплекция. Чаще всего встречали вооружённых воинов. На складах стояли десятки, если не сотни, целыми готовыми подразделениями, плечом к плечу, как на параде.

- Да их тут целая армия. Он что, собирался устроить игрушечную войнушку? – спросил спутницу, роющуюся в ящиках одной из спален.