Читаем Возвращение колдуна полностью

Я содрогнулся, когда мои глаза на миг встретились с черными глазами крысы. Они изменились самым страшным образом. Красный блеск, от которого раньше глаза альбиноса казались налитыми кровью, погас, но вместо него появился злой огонь. Поток серых хищников снова разделился, и шесть огромных королевских крыс вышли из толпы. Они быстро приблизились к крысе-альбиносу, остановились на почтительном расстоянии от нее и покорно склонили головы. Крыса-альбинос издала пронзительный диссонирующий писк, и из толпы показались еще две большие крысы, которые семенящим шагом направились к ней.

Невозможно описать словами то, что произошло в следующее мгновение. Я не увидел ничего необычного, но зато очень отчетливо почувствовал, как в теле огромного белого монстра, который уже давно не был крысой, а лишь сохранял ее оболочку, начали происходить какие-то перемены. Я почувствовал, как от альбиноса, словно невидимые паучьи лапки, к двум крысам протянулись тонкие нити, с помощью которых он начал высасывать из них жизнь.

После этого крыса-альбинос резко изменилась: ее шерсть встала дыбом и окаменела; некоторые части тела рассыпались на кусочки, при этом ржавая стружка, похожая по цвету на кровь, посыпалась из нее на пол; по всему телу зверя пошли трещины, словно его тело было сделано из железа, а теперь оно неожиданно — за несколько секунд! — постарело на целые столетия. Затем раздался звон, как будто рядом внезапно треснул огромный бронзовый колокол, и в сторону крысы-альбиноса полетели маленькие остроконечные осколки металла, которые, как смертоносные снаряды, вонзились в грудь огромного зверя. Там, где они разорвали кожу, образовалась тонкая зигзагообразная щель, которая затем быстро как молния пошла вверх по шее, через морду, лоб и затылок зверя и пролегла вдоль спины. Изнутри чудовища раздался ужасный звук, похожий одновременно на скрип и удары мелких камней. В конце концов окаменевшее тело развалилось на две части, которые с грохотом упали на пол, и что-то черное, бесформенное выбралось наружу.

Сначала мне показалось, что это огромный паук, но уже в следующее мгновение я понял, что ошибся. Существо состояло из вязкой густой слизи, противной черной массы, пульсирующей и дрожащей, из которой время от времени образовывались черные псевдоосьминоги, пытались сформироваться конечности, но снова распадались. Потом из огромного сгустка черной субстанции выросли толстые щупальца. Словно слепые скользкие змеи, они извивались в воздухе, а затем с чавканьем всасывались назад в черную массу. После этого вся эта вязкая, расплывающаяся масса вздрогнула, медленно, как будто у нее почти не осталось сил, вытянулась и осторожно поползла, словно змея, к леди Одли, которая совершенно не сопротивлялась, когда это мерзкое существо дотронулось до ее руки и начало проникать под ее кожу.

Я закричал, засунул руку в карман и вытащил одну из звезд шоггота, которую я все еще носил с собой. Это была моя последняя, отчаянная надежда хотя бы остановить монстра, который просыпался на моих глазах.

Но я даже не успел бросить ее.

На меня прыгнула серая тень, и острые как бритва зубы впились в мою кожу. Я закричал от боли, выронил камень и упал на колени. Я со стоном закрыл глаза, но не смог закрыть уши. Звуки, которые я слышал, были такими ужасными, что догадаться о том, что происходило дальше, не составляло труда. Неприятное чавканье и всасывание стали громче, превратившись в отвратительный звук, который врезался в мой мозг как раскаленное лезвие ножа. Затем этот звук начал замирать, только очень медленно.

Когда я снова открыл глаза, перед пульсирующим черным пузырем лежали десятки мертвых крыс, но, к моему бесконечному удивлению, леди Одли осталась невредимой. Я заметил, что она была связана с черным чудовищем тонкой блестящей нервной нитью. Вероятно, несчастная женщина была предусмотрена как последняя жертва.

У меня волосы встали дыбом, когда я увидел, как изменился Шуб-Ниггуратх. Содрогающийся комок преобразовался в разбухший пузырь из блестящей черной плоти размером со слона, и это громадное мерзкое создание лежало посреди зала, словно пульсирующая раковая опухоль. С дергающимися щупальцами, похожими на нити мокрой черной паутины, расставленными во все стороны, с хватающими ртами и более чем дюжиной огромных слепых глаз, которые, словно омерзительные цветы, раскачивались на длинных мокрых блестящих ножках, он вызывал невероятное отвращение. Мне стало плохо.

— Подойди ближе, ничтожный человечишка! — прогрохотал голос в моих мыслях.