Еще не сообразив, на чьей стороне сила, разъяренный от такого бесцеремонного обращения, Петрян, поднявшись, оттолкнулся от стены и с яростным выражением лица полетел на Егора. Его товарищи по компании тоже оживились, вскочили на ноги и приняли угрожающие позы.

Владимир, остававшийся все это время позади своего друга, со страхом наблюдал разворачивающуюся сцену. Пятеро парней, пусть и младше их, все же представляли реальный перевес. При том, сам Владимир в жизни никогда не дрался. И помощи от него — ну никакой.

Компания подступала к Егору все ближе. В руке Петряна вновь блеснул нож. Парень дал знак товарищам, и они разом бросились на Егора. В ответ последовало несколько быстрых движений руками. И все пятеро, корчась, оказались на полу. Разъяренный Егор с силой ударил сапогом по столу, предварительно схватив компьютер Владимира. Стол развалился на две части.

Марина, очнувшись от забытья, непонимающе глядела на происходящее.

— Где магнитофон? — резко спросил ее Егор.

Девушка пожала плечами.

Рука Егора поднялась, чтобы хлестануть невменяемую девицу по щеке, но тут подскочил Владимир и ухватил руку товарища.

— Нет, Егор, не надо!

С пола поднялся Петрян.

— Нет вашего мага. Тю-тю.

Егор, развернувшись, со всего размаха врезал ему в лицо. Кровавые брызги полетели в стороны. Петрян как кукла отвалился на диван. Его приятели, встав с пола, уже с боязнью посматривали на Егора. Десантник, придя в ярость, пошел на них.

— Сволочи! Ублюдки! Наркоманы, долбанные! — выкрикивал он, и с каждым словом его кулак ударял по чьей-нибудь голове, пока вся компания не забилась в угол, закрывшись руками от тяжеловесных ударов.

— Егор! Остановись! Хватит! — орал сзади Владимир.

Наконец, его друг успокоился. С пренебрежением отошел от испуганных пацанов.

— Ладно, пошли, — кинул он Владимиру.

И они вышли из подвала.

Часть третья

Возвращение Юмма

Глава 1

Наступило 8 марта. Для Владимира этот день с самого детства был особым праздником. Раньше он поздравлял свою маму, учителей в школе, девчонок-одноклассниц. Позже он всегда старался встретиться в этот день с девушкой, в которую был влюблен. Обязательно подарить букет цветов. И не важно, отвечали ли ему взаимностью. Как правило — нет. Но поздравить — для Владимира святое дело. И в те годы, когда цветы некому было дарить, праздник 8 Марта для него становился черным днем.

В этот раз Владимир непременно желал увидеться с Юлей. Их отношения для молодого человека стали загадкой. Он никогда не знал, чем может закончиться очередная встреча.

Еще с вечера Владимир накатал целое письмо на открытке. Причем с первого раза у него не получилось. Перечитав первый текст, он разорвал красочный бланк из плотной бумаги, и принялся писать снова. Вторую открытку ожидала та же участь. И только третий вариант устроил мечущуюся душу молодого человека. Письмо он снабдил стихотворением, родившимся той же ночью.

Несмотря на то, что уснул уже ближе к утру, Владимир вскочил с постели ни свет ни заря. За окном еще чернела беспроглядная темень, нарушаемая сумеречным светом редких фонарей и одинокими огоньками окон с противоположного дома. Ощущая нервную дрожь, волнами пробегающую по всему телу, молодой человек пробрался на кухню. Наполнил с крана чайник. Поставил на плиту. В шкафу нашлась опустошенная наполовину банка с растворимым кофе. Сыпанул в кружку темно-коричневого порошка. Две чайные ложки с горкой. Добавил сахара. Молотый кофе Владимир не покупал. Еще с детства ему не нравилась кофейная гуща, оседающая на дне, не позволяющая выпить все содержимое кружки. Да и возиться с приготовлением он не любил. Тут же: взял, насыпал, развел кипятком — и готово дело.

С недавних пор кофе для Владимира превратился в культовый напиток. Виной тому известный американский сериал, в котором агент ФБР из серии в серию пил кофе чуть ли не на каждом шагу. Делал он это с таким наслаждением, что юный поэт, являясь поклонником героя сериала, жизни уже не мог представить себе без белой фарфоровой кружки, наполненной до краев черной жидкостью.

Кофе получился густым и крепким. Почти как в том сериале. Обжигаясь, Владимир отхлебнул глоток. В груди потеплело. На губах остался горьковатый привкус. Все же с количеством порошка переборщил.

Кружка опустела быстро. Однако нервная дрожь, охватившая с утра все тело, так и не прошла.

До открытия цветочных магазинов оставалось еще много времени.

Владимир подошел к окну. На фоне уже посеревшего неба начали проступать силуэты домов. В такую рань, да еще в выходной день, двор казался вымершим. Даже ни одной бродячей собаки не видно возле мусорных баков. Мирно спали припаркованные машины, покрытые сединой инея.

Он вернулся к себе в комнату. На столе лежала открытка, вся исписанная мелким почерком. Владимир еще раз перечитал ее. Рука потянулась за авторучкой. Раз, и одно слово зачеркнуто. Над ним тут же появилось новое. Рвать третью открытку из-за одного исправления не хотелось. Пусть будет так.