Читаем Возвращение полностью

Сдав в гардероб пальто и шляпу, Таавет вошел в просторный неуютный зал, где в ящиках, заполненных галькой, росли самые разные растения, а заднюю стену украшала чудовищная мозаика, которая, по всей вероятности, должна была изображать аллигатора, пожирающего лесных дев, а может быть, и танец лесных дев вокруг поверженного дракона. За столиками, выдержанными в национальном стиле, на таких же стульях сидели по-воскресному принаряженные люди. Таавет пытался найти укромный уголок, где бы он мог остаться наедине со своими мыслями, но неожиданно на глаза ему попался репортер, он сидел под пальмой и прикладывался к рюмочке. Таавет уже повернулся, чтобы отправиться перекусить куда-нибудь в другое место, когда знакомый всей республике приветливый голос репортера пригвоздил его к месту. «Привет ученым!» — крикнул он на весь зал, и Таавету не оставалось ничего иного, как вздохнуть под тяжестью устремленных на него десятков пар глаз и, изобразив на лице фальшивую радость, которую якобы доставила ему встреча, направиться к репортеру.

— До чего приятно видеть вокруг себя столько молодых интеллигентов, — потирая руки, сказал репортер. — Познакомьтесь, этот человек, кстати, редактирует в газете нашего милого городка колонку культурных новостей. — И он патетическим жестом указал на тщедушного молодого человека в очках, лицо которого показалось Таавету знакомым.

— По-моему, мы встречались в пору учебы в университете, — неуверенно пробормотал Таавет.

— Вполне возможно, Вяли, — сказал редактор и без особого воодушевления протянул руку.

Таавет сел, у него было такое чувство, будто он попал в ловушку и теперь ему придется беседовать с людьми, с которыми он не имел ничего общего. Но пойти и сесть за другой столик, как ему того хотелось, было неудобно. И он принялся покорно изучать меню.

— Не стоит утруждать себя, здесь вам могут предложить только рубленый шницель, — сказал репортер. — Очевидно, и этим господам ничего лучшего не подадут, хотя они, видать, пожаловали на поминки.

И тут в дверях появилось празднично разодетое общество — мужчины в темных костюмах под руку с дамами в налакированных прическах, но когда Вяли взглянул в сторону вошедших, его разобрал совершенно неуместный смех. Общество уселось за уже накрытый стол, официантка поспешила разлить им по бокалам минеральную воду и коньяк, серьезное, степенно-траурное настроение пришедших никак не вязалось со смехом редактора, от которого Таавета замутило.

— Да какие же это поминки, — протянул наконец редактор. — Это общество отправляется на радостный праздник, то бишь на открытие художественной выставки, и среди них есть весьма представительные личности, например, второй справа — директор ресторана, рядом с ним директор мясокомбината с супругой, — пояснил редактор, разминая в пальцах сигарету, но тут Таавет, не выдержав, прервал его вопросом:

— На открытие какой выставки?

— Неужели вы не знаете! Сегодня открывается художественная выставка гения этого города, поэтессы и художницы Марре Вярихейн! — От фальшивого восторга репортер прямо-таки вопил. — Я сделаю лучший репортаж года: молодой талант, любимица города, новый человек новой эпохи, который, кроме всего прочего, работает на мебельном комбинате. Вы только подумайте — простая работница, а какой беспредельно богатый внутренний мир.

— Вот как… — сказал Таавет, чтобы что-то сказать.

Репортер кинул на него быстрый взгляд, который можно было истолковать и так и сяк, но скорее всего он означал, что репортер знает, кто в номере отеля любовался на сон грядущий фотографией Марре, и у Таавета засосало под ложечкой.

— Можно полюбопытствовать, какие дела привели вас в наш город? — спросил редактор и разлил коньяк по рюмкам.

— Предлагаю выпить за здоровье молодых талантов, — сказал репортер, и Таавет выпил.

— Со мной произошла наиглупейшая история, — начал он плести под устремленным на него выжидательным взглядом редактора, и сам удивился, с какой легкостью стал рассказывать, что приехал в гости к родственникам, а те, в свою очередь, укатили куда-то на свадьбу, и теперь он вынужден ждать до завтрашнего дня, поскольку обязательно должен повидать их.