Читаем Возвращение полностью

Слейд смотрит на часы.

– Эксперимент состоялся пять минут назад. – Он переводит взгляд на Рида. – И ты умер.

– Но ведь так и должно было произойти?

– Ты умер в капсуле, только вот никакого сдвига реальности не последовало. Ты просто умер.

– Откуда ты знаешь? – никак не может понять Хелена.

– После этого я залез в кресло и записал воспоминание о том, как порезался утром во время бритья. – Слейд приподнимает голову, демонстрируя жуткую отметину на горле. – Мы вытащили Рида из капсулы, я забрался туда вместо него, умер и вернулся к тому моменту, чтобы прийти сюда и остановить эксперимент до его начала.

– Почему так вышло? – спрашивает Хелена. – Недостаточное число синаптических связей?..

– Нет, с этим все было в порядке.

– А что за воспоминание?

– Пятнадцать дней назад, двадцатое июня. Первый раз, когда Рид забрался в капсулу с законченной татуировкой «Миранда» на руке.

В голове у Хелены как будто вспыхивает лампочка.

– Еще бы он не умер. Это ведь ненастоящее воспоминание.

– В смысле?

– Той версии событий никогда не было. Риду так и не сделали татуировку до конца. Он изменил воспоминание, умерев в капсуле в первый раз. – Хелена смотрит на подопытного, постепенно складывая картинку в голове. – Тебе оказалось просто некуда возвращаться.

– Но я ведь помню это.

– Каким оно выглядит для тебя, то воспоминание? Темное? Застывшее? В серых тонах?

– Как будто время в нем остановилось.

– Значит, оно не настоящее, а… Не знаю, как назвать. Ложное. Фальшивое.

– Мертвое, – подсказывает Слейд, вновь взглядывая на часы.

– То есть это была не случайность? – Хелена со злостью смотрит на него через стол. – Ты знал с самого начала.

– Мертвые воспоминания привлекают меня, не отрицаю.

– Почему?

– Они представляют собой… как бы еще одно измерение. Новый пункт назначения.

– Понятия не имею, какого черта это значит, но мы вчера договорились, что ты не станешь картировать…

– Каждый раз, когда Рид умирает в капсуле, он обрывает цепочку событий, которые становятся для нас мертвыми воспоминаниями после сдвига реальности. Что случается с этими временными линиями? Они действительно исчезают или остаются где-то там, вне досягаемости? – Слейд опять смотрит на часы. – Я знаю о сегодняшнем эксперименте, и вы в любую секунду тоже должны все вспомнить.

Все трое молча сидят в ожидании. Хелену охватывает дрожь. Они лезут туда, куда лезть совсем не стоит.

Где-то позади глаз начинает разливаться боль. Подавшись вперед, Хелена хватает несколько салфеток из коробки, чтобы остановить носовое кровотечение.

Мертвое воспоминание о неудавшемся эксперименте врывается в разум.

Рид отрубается в капсуле. Остановка сердца – пять минут. Десять. Пятнадцать. Хелена кричит Слейду: «Сделай что-нибудь!» Бросается туда, распахивает люк. Рид мирно покачивается внутри на воде – неподвижный, мертвый.

Вместе со Слейдом Хелена вытаскивает его и укладывает, мокрого, на полу. Начинает делать искусственное дыхание и массаж сердца, хотя доктор Уилсон по интеркому говорит: «Хелена, это бесполезно. Прошло слишком много времени». Однако она все равно продолжает. Глаза заливает пот. Слейд исчезает за дверью напротив, в комнате с креслом.

Когда он возвращается, Хелена, сдавшись, просто сидит в углу и пытается осознать тот факт, что они убили человека, на самом деле. И это ее вина – из-за ее изобретения Рид попал сюда.

Слейд начинает раздеваться.

– Что ты делаешь?

– Пытаюсь все исправить. – Он смотрит сквозь одностороннее стекло. – Уберите ее кто-нибудь отсюда, пожалуйста.

Он залезает в капсулу, когда в комнате появляются его подручные.

– Доктор Смит, будьте добры пройти с нами.